Под лондонским дождём

Алан молча пересёк гостиную и направился в сторону кухни. Мишель, не сказав ни слова, осталась сидеть на диване, поджав под себя ноги и сжимая кулачки от нервного напряжения.

Вернувшись обратно со стаканом апельсинного сока в руке, Алан сел в мягкое кресло напротив жены, закинул ногу на ногу и удобно облокотился одной рукой на подлокотник.

Мишель подняла глаза и посмотрела на мужа.

– Ты сильно сердишься на меня? – тихо и виновато спросила она, нежно заглядывая ему в глаза.

Зная слабые точки характера мужа, Мишель пыталась обыграть ситуацию в свою пользу.

Алан сделал небольшой глоток сока, поставил стакан на пол рядом с креслом и молча посмотрел на жену серьёзным взглядом.

– Я? Нет, совсем не сержусь, – безразлично проговорил Алан, не сводя глаз с Мишель.

– Это неправда, ты сердишься. Алан, мне очень жаль, я не знаю, что нашло на меня вчера… – начала она оправдываться, но муж её резко перебил.

– Ты с ума сошла? Думаешь, мне вчера было очень приятно смотреть на то, как моя жена танцует стриптиз перед другими?

Она снова опустила голову.

– Дорогой, давай не будем ругаться, в этом нет никакой пользы. Я же сказала, что мне очень жаль… – упрашивающим тоном начала говорить Мишель, но Алан её снова оборвал на полуслове.

– Перестань, твои уловки на меня уже не действуют.

Мишель медленно расширила глаза от удивления и уставилась на мужа. Так он с ней никогда не разговаривал. В их нечастых ссорах было достаточно тихо извиниться, выслушать его нотации про светское поведение, и на этом всё заканчивалось.

«Что происходит? Что с ним случилось?» – подумала она с легким волнением.

Алан резко встал с кресла и сделал несколько шагов, затем обернулся и сердито посмотрел на Мишель.

– Я не желаю больше стыдиться из-за тебя перед окружающими, будь это друзья, родственники или незнакомцы. Ты хорошо меня поняла? – твёрдым голосом спросил он.

Мишель молчала, на её лице отражались злоба и презрение. Она почувствовала себя зажатой в рамки, и это привело её в бешенство.

«Он ещё смеет мне указывать?» – мысленно проговорила она, не отрывая взгляда от мужа.

Она медленно встала с дивана и гордой походкой подошла к нему вплотную. Терпение Мишель лопнуло. Ей уже не хотелось вновь разыгрывать роль покорной жены. В этот раз она решила быть естественной.