Письма проклятой

– Вивиан, почему ты не можешь найти себе занятие, которые больше подходит девушке твоего положения? – Говорила она, на что я обычно лишь закатывала глаза.

– Оставь меня в покое, ради Бога. Свяжи что-нибудь, сплети, почитай одну из твоих любимых книг, или найди еще какое-нибудь скучное занятие, которое подходит девушке твоего положения.

Я видела зависть в ее глазах. Чувство, сжирающее человека изнутри, толкающие на чудовищные поступки. Она пошла на поводу у этого чувства.

Прошло еще какое-то время, и Сильвии все-таки нашли мужа.

Это был никто иной как мистер Фрэнк Бисли, весьма уважаемый человек. Как я узнала позднее, он был из знатной дворянской семьи, которая владела чайной плантацией в какой-то из колоний Британской империи. Это все, что я помню о его происхождении.

Происхождение и положение в обществе имели большое значение для моего отца. Он считал, что для Сильвии это будет весьма выгодная партия.

Я находила мистера Бисли весьма привлекательным мужчиной. Его фигура была довольно хорошо сложена.

Маленькие глаза располагались на квадратном лице, на голове красовались слегка вьющиеся пшеничного цвета волосы.

Я помню, как нелепо моя сестра смотрелась рядом с таким высоким и статным мистером Бисли. Низкая и хрупкая Сильвия едва доставала ему до квадратного увесистого подбородка. И я совершенно не понимала, что привлекательного он находил в ней. Я и до сих пор не понимаю.

Он всегда улыбался, но эти улыбки были просто частью этикета, просто учтивым жестом.

Казалось, ему совершенно неинтересна ни женитьба, ни сама Сильвия, которая была по уши влюблена в него. Первый раз за всю жизнь, я стала замечать, что лед в ее сердце стал таять.

Я должна была попросить прощения, но сейчас уже поздно. Прости, дорогая сестра, прости, что я другая, что я лучше.

Да, несомненно, она была по уши влюблена. Когда мистер Бисли приходил к нам в дом, она преображалась. Надевала свое лучшее платье, а глаза искрились радостью. А я снова хихикала за ее спиной.

Я не могла поверить, что у них что-то получится.

Сидя за одним столом, я видела печальную, но смешную картину, достойную какой-то сатирической повести. Моя сестра взмахивала ресницами и смотрела прямо в глаза своему жениху. Она осторожно поправляла свое платье и была так нежна и мила. Все это выглядело совершенно не естественно, наигранно, будто она решила претвориться мной. Мне казалось, что я присутствую на каком-то дешевом спектакле с дрянными актерами.