Обратная сторона руны

Конечно, Коул отводил некоторое количество времени на письменность, чтение, а также знакомство со строением человеческого тела, но большую его часть юный ученик проводил именно здесь, в наглухо закрытой комнате, пытаясь медитировать. Что именно имелось в виду под этим странным названием, Рин не знал. Но и не роптал: сидеть с закрытыми глазами, пытаясь что-то услышать, все же лучше, чем драить полы в пекарне. Иногда он просто засыпал – тогда учитель, непонятным образом почувствовав безделье, будил его и настойчиво требовал вернуться к тренировкам.

– Прислушивайся не только к себе, но и к окружающему миру, – повторял он. – И тебе откроются невиданные горизонты.

– Да какие горизонты! Когда я самого себя в такой темнотище не вижу.

– Зрение часто обманывает. Настоящий целитель должен научиться чувствовать болезнь, чтобы потом изгнать ее.

– Не понимаю, как тут можно что-то разглядеть и услышать.

– Ты научишься, не сомневайся.

Просто продолжай трудиться.

И он честно старался. День за днем. Неделю за неделей. Месяц за месяцем.

Зима в этом году выдалась на редкость суровая, снежная. Чтобы добраться до жилища учителя, Рину часто приходилось преодолевать высоченные сугробы, продираться сквозь бури и метели, осторожно шагать по обледенелым улицам. В такие дни проводить свое время в темной, но зато теплой комнате стало приятной обыденностью. Однако увидеть или услышать что-то, помимо собственного дыхания, ему так и не удавалось.

Коул не унывал, продолжая настаивать на своем: знание обязательно придет – нужно только терпение. Ученик пожимал плечами: мол, придет так придет. Усаживался на пол и погружался в свои мысли.

Несмотря на то, что на улице бушевала пурга, в комнате царила гробовая тишина. Но сегодня Рин принялся медитировать в особенно хорошем расположении духа: откладываемых денег наконец-то хватило на подарок маме.

Он его купил по дороге сюда, и теперь кулон приятно оттягивал нагрудный карман. Он еще раз вытащил его, коснулся пальцами гладкой поверхности, жалея, что тут нет света, чтобы полюбоваться камешком-росинкой, который так красиво сиял на свету. А еще подумал, что если занятия продолжатся, то ему хватит денег еще на один подарок. Авейле…

Рин думал о ней постоянно, но только сейчас понял, как сильно соскучился.