Пророчество сумасшедшего волшебника

– Ах да, простите старика, я немного задумался, – решив, что от выпитой кружки пива у него чересчур разыгралось воображение, Норт встрепенулся и тут же указал на пирующих гостей. – Вынужден вас огорчить, но сегодня действительно все комнаты уже заняты, даже не знаю, что можно предложить таким знатным господам, как вы.

– А если подумать? – хмуро поинтересовался меррил.

– Ну есть одна комната. Она небольшая и, может, не очень отвечает вашим требованиям, но это все, чем я располагаю в данный момент.

Для пущей убедительности он развел руками в стороны. Раньше, во времена переполненности таверны, такой жест всегда срабатывал, и за самую скверную комнатушку на верхнем этаже хитрец сдирал столько денег, сколько стоили самые лучшие апартаменты в «Хромой кошке».

– Мы берем ее, – согласно кивнул черноволосый.

– Это будет стоить десять золотых.

– Десять золотых? Да ты что, старый, гоблинских газов обнюхался? – побагровел меррил и уже собирался схватить Норта за грудки, но черноволосый остановил его.

– Грейд, Эрик, почему бы вам не занять тот единственный пустой столик? А мы тут с Нортом пока потолкуем.

– Ты что, собрался платить ему? – прошипел светловолосый мальчик. – Но…

– Идите, – прервал его тот, – закажите что-нибудь поесть, у меня желудок от голода сводит.

Мальчик и меррил покорно побрели к свободному столику.

– Меня зовут Кайл, – произнес странный гость. «А на самом деле – Николай», – про себя подумал он и протянул руку Норту.

Старик настороженно пожал ее. – Не обращайте внимания на моих друзей. Мы давно в пути и сильно устали. Может, нальете себе и мне по кружке пива? В горле пересохло, а так хочется узнать, отчего это у вашего постоялого двора такое необычное название – «Хромая кошка?».

* * *

Норт пребывал в эйфории. Впервые за последние месяцы, и даже годы, его постоялый двор заполнен до отказа, а карманы полны золота. Впервые за последнее время хоть один человек заинтересовался историей «Хромой кошки».

Какой приятный постоялец! Он только что встал из-за стола, за которым они беседовали, и присоединился к своим друзьям. И мало того, что оплатил ему не одну кружку пива, самое главное, он с интересом слушал рассказы о таверне, о детях и внуках, о жизни в целом, чего давно уже никто не делал. Это ничего, что он, расщедрившись, взял за ту комнату наверху всего один золотой, каморка не стоила и этого.