К тебе через туманы

Если надоест на рожи смотреть, можешь хоть боком повернуться, да за дорогой наблюдать. Хотя чего там смотреть? – снова подняв меня с лавки, он крепко по-отечески обнял. – Ну, прощай девочка, если в жизни плохо сложится, приходи к нам в деревню Худовинки вардана Наобиса. Хотя, может, подомнут наших глупых вардов Иные, так и земля имя сменит. Но запомни, у люда спросишь, они подскажут. Найдешь ви Марко Отиса или любого из парней моих, они помогут: и обогреют, и накормят. И главное, приют дадим, и место, куда приткнуться можно.

Отправил бы я тебя и сейчас туда, да опасно для тебя. Иные сразу уволокут. Их там сейчас, как муравьев на земле. Не доедешь ты – сцапают. За мальчиков моих спасибо! За оберег твой! Не позабудем мы тебя! И нас помни. Если худо будет, знай, есть тебе куда идти, есть к кому возвращаться. Ты сынка моего единственного уберегла, силу не пожалела на нас потратить. Такое не забывается, девочка, такое всегда помнится!

В повозку стали набиваться люди. Вьюго, вскочив после отца, затащил мою сумку.

Запихав ее под лавку, он, так же, как и отец, крепко обнял меня. Зарывшись в мои волосы, как-то рвано и глубоко вдохнул.

– Как же ты сладко пахнешь! Как же жаль, что не моя! – его губы мягко прошлись по моему виску.

Прежде чем отстраниться, он сделал еще один глубокий вдох. Затем поправил на моих плечах плащ и мягко усадил на лавку. Его глаза светились потусторонним огоньком.

– Повезет же кому-то! Цени себя, красавица. Как сказал батька, ты дорого стоишь. За такую красотку, как ты, глотки рвать будут.

Развернувшись, он мягко спрыгнул на землю. Его русые волосы взъерошил ветер. Повернувшись, он на прощанье подмигнул своими красивыми зелеными глазами. Теперь и мне стало жаль, что такой красивый видный парень достанется не мне. Такого я бы смогла полюбить. С таким любая будет счастлива.

Как жаль, что не я его единственная.

Большая телега мягко двинулась вперед. Я смотрела на парней не отрываясь. Пыталась запомнить их лица. Русоволосого Вьюго, словно снегом припорошенного Корто, рыжего Мунко и брата его Харда, остальных ребят.

А главное, командира их. Ви Марко. Сурового мужика с таким добрым сердцем. Я точно знала, что они будут жить и только старость поставит их на колени.

* * *

Сумерки сгущались, темнело очень быстро. Телега мягко катилась вперед. Впряженная четверка резвых низкорослых лошадок бежала ровно. Изредка с их стороны доносилось фырканье.

В повозке было тихо.

Только мужчины о чем-то редко переговаривались.