Моя любимая – рыжая ведьма

– Ого, – в ванну просунулась русоволосая головка Рояны, – все-таки зеленый – это точно твой цвет. Я с мачехи сдеру больше платьев. Пусть раскошеливается, раз продает меня столь дорого. Наглеть, так наглеть.

– Не надо, Рояна, – остудила я пыл подруги. – Твоя мачеха если узнает, что вещи эти не ты носишь, скандалу будет.

Подруга лишь отмахнулась, доставлять проблемы своей опекунше было для нее целью жизни, хобби и традицией. Она буквально жила идеей сделать существование своей мачехи мучительным и безрадостным.

– Это мои деньги и мое наследство, – привычно заявила темная ведьма. – Она и вякнуть не посмеет. Она же уверена, что я за этого огневика, ее племянничка, замуж выйду. Только фигу им, а не ритуальное плетение мне на запястье. Я лучше за первого встречного – поперечного пойду, чем за эту мужебабу.

Я рассмеялась. Какое точное определение она своему жениху дала. Красивые ореховые глаза подруги светились задором.

– Ты только это ему в лицо не говори, а то расстроиться, заплачет.

Негоже таких мужественных боевых магов обижать, – поддержала я шутку.

Сформировав небольшой поток воздуха, я быстро обсушила с его помощью волосы. На плечи густой массой упали рыжие спиральки. Схватив с полки деревянный гребень с редкими зубцами, я попыталась прочесать эту непокорную гриву – не вышло. Плюнув на это дело, я собрала локоны в неаккуратный хвост и выскочила в комнату.

Рояна уже красовалась у входа в нежном персиковом легком платьице.

Покрутившись напоследок, как говориться на дорожку, у зеркала я подмигнула себе яркими синими очами. Такой я себе нравилась. Подхватив сумки, мы спешно вышли из комнаты и устремились на улицу.

– Ну, чего тащитесь! – поторопила нас староста группы лу Фоено, бегающая с деревянными рамками для гербария по коридору. – Я уже за вас все сушилки собрала. Чего время отнимаете.

Отмахнувшись от нее, мы выбежали к выходу. На улице нас поджидали две крытые повозки.

Огромные тяжелые телеги, вмещающие в себя до двадцати пассажиров. Каждую эту громадину тянула четверка пегих лошадок – медленных коренастых тяжеловозов. На одной повозке уже сидели на широких скамьях девчонки с нашей группы. Вторую пока проверяли. С умным лицом вокруг деревянной махины похаживал возница и тыкал палкой в ее колеса. Зачем? Не понятно.

– Вы, уважаемый, лучше тормозной рычаг проверяйте, – донесся до меня крик соф Валлари.