Вкус Безумия

Отец поприветствовал меня жестом, не прекращая разговора, а Вероника пригвоздила взглядом.Я боялась смотреть и на нее тоже, поэтому, когда подошел Кай и поинтересовался, все ли в порядке, я чуть истерически не заголосила. Конечно не в порядке!

Ужин прошел в гробовом молчании, так как отец вышел из-за стола обсудить важный очередной вопрос. В ресторане было как- то тихо и напряженно. Местный диалект звучал тревожно и еле слышно. Я ела механически не чувствуя вкуса, борясь с желанием вскочить и броситься отсюда как можно дальше.

Слезы навораживались на глаза, и столовые приборы расплывались передо мной. Наконец, не выдержав, давящей атмосферы, я встала, извинившись, и поспешила к берегу.

Не пройдя и десяти шагов, сильная рука развернула меня, и я встретилась с тяжелым грозовым взглядом. Он молча смотрел на меня, и я не находила слов. Длинные волосы легонько трепал ветерок, закидывая пряди на глаза. Кай осторожно убрал их за ухо. Он делал так тысячи раз, но сегодня, после случившегося, нас обоих прострелило от его прикосновения.

Отдернув руку, Кай тяжело вздохнув, снова провел рукой по волосам.

–Детка, мы должны поговорить. Пошли, прогуляемся.– Увлекая за собой, придерживая горячей ладонью. Она прожигала дыру на моей коже, отчего я шагала вытянутая как струна.

Мы отошли уже достаточно далеко, когда Кай присел на еще не остывший за день теплый песок, не торопясь начать разговор. Я так же пристроилась рядом, на ширине вытянутой руки. Луна ярко освещала все вокруг, убегая к горизонту серебристой дорожкой по водной глади.

Было что- то мистическое, в дикой природе чужого края.

– Надеюсь тебе не надо объяснять, что мы поступили очень плохо, Злата. Я даже не знаю, как это произошло, но прошу меня простить, девочка.

Проговорил тяжелым тихим голосом, не поднимая головы. Я ожидала этого, но все равно вздрогнула от его слов. Одинокая слеза предательски поползла вниз, сердце болезненно замерло. Я только что умерла. Его лова оглушили меня на столько, что последующих я просто не услышала.

Кажется, он сказал, что был пьян. Наверное, он бы удивился, если бы я сказала, что тоже.

–Злата не молчи!– Он повернулся и посмотрел на меня.

Я не смела поднять глаза. Ведь если он увидит мои слезы, мне будет еще больнее. Потом вдруг разозлилась сама на себя. А чего ты ожидала, идиотка? Конечно, он придавлен гнетом ответственности за меня, а тут такое. И не важно, что я сама хотела, он винит себя.