Лекарство от колдовства

Вышел какой-то заискивающий взгляд, скользящий.

– Вы, главное, маме так скажите, остальное – неважно.

Филипп опять смешался.

– О чем сегодня поговорим? – подбодрила его Агния.

– О ваших видениях.

– Их много. Хорошо. Вот это, например. Москва. После войны. Сорок пятый год, осень. Мужчины почти все еще в военной форме. Кое-где даже окна крест-накрест заклеены. Наверное, в эти квартиры еще не вернулись люди. По улице идет старушка. Она в ватнике, шаль такая клетчатая, в крупную клетку сверху – сползла с головы.

Она идет на барахолку. В кармане у нее узелок – в нем золотая цепочка и кулон с красным камнем. Она идет менять это на еду. Проходит через дворы. Сейчас ее убьют, – Агния закрыла глаза, – сейчас убьют. Парнишка лет шестнадцати. Ножом. Рыскает по карманам. Находит узелок. Опять рыскает. Больше ничего нет. Убегает.

– Вам страшно, Агния?

– Да. Мне страшно. Зачем я это вижу? Изо дня в день, изо дня в день… Только, пожалуйста, не надо опять этих отупляющих успокоительных.

А то я буду врать вам, – Агния лукаво улыбнулась, – буду рассказывать, что я уже ничего не вижу.

– Но вам же страшно.

– Я потерплю. А помните, у Кобо Абэ есть пьеса «Друзья»? Там к человеку приходит целое семейство – на первый взгляд, милые, добрые люди, желающие человеку только добра. Но постепенно «друзья» внедрятся в жизнь хозяина жилища, раздирают всю его жизнь на части. Помните?

– Не читал, – честно признался Филипп.

– Обязательно прочтите! Вам это очень поможет в работе.

И вообще в жизни, – смущенно добавила Агния.

«Почему она сегодня не слышит мои мысли?» – подумал Филипп. И вдруг услышал – нет, понял ответ: «Не хочу». Филипп просто знал, что Агния так подумала. Да, она подумала: «Не хочу» – в ответ на его мысленный вопрос. Филипп стряхнул наваждение.

– Тревожные ожидания несчастий вас оставили?

– Да. Пока да.

– Агния, как вы думаете, почему вы предчувствуете одни события и не знаете о других?

– Не знаю, – Агния была озадачена этим вопросом, – а должна?

– Что?

– Должна все будущее видеть?

– Конечно, нет.

Но почему вы видите именно определенные события? У вас есть ответ?

– Я подумаю. Это все – и картины, и тревога о будущем – все не из области ума. Вы задаете слишком правильные вопросы для неправильного мира, в котором я живу. С некоторых пор живу.

«Расщепление сознания. Типичная шизофрения», – подумал доктор Воздвиженский.