Квадратные метры хитрости

Как можно скорее обойти все эти квартиры и забыть все, как страшный сон в холодной и голодной подворотне. Да! Надо быстро все закончить с квартирами и больше ни во что не влезать! Ни в коем случае! Костя прав – пусть следствие разбирается с трупом, подброшенным Осокиной.

Я была настроена решительно и бесповоротно.

Глава 3

Но утром я была уже не так решительно настроена. Уныние скрежетало по всей моей душе. Как я могла вляпаться в эту историю с Иркой? А как я могла не вляпаться? Бредяшник! Ирке подбрасывают труп, а я должна все это расхлебывать? А как было отказаться? Сказать: тебе, Ирка, подбросили – ты и расхлебывай?

Котенок все ночь просидел на книжной полке.

Антон намекал на то же: он молча держался за голову, как если бы она у него раскалывалась и зверски болела. Быстро позавтракал и ушел на работу. В принципе мне этот его поспешный уход был на руку.

Я покормила котенка, заперев предварительно недовольную Мотьку, сводила несчастного, то есть несчастную котейку (надо дать ей имя, наконец!) в туалет.

И позвонила Ирке по секретному телефону:

– Ты еще не на операции?

– А ты как думаешь? Если я с тобой разговариваю? Операция проходит под общим наркозом и длится два часа, чтоб ты знала. И я никак не могла бы лежать распластанная на операционном столе и вести с тобой беседу. Анализы сейчас сдаю.

– Надеюсь, меня потом не будут разыскивать, как переносчика спида и сифилиса? – неделикатно сострила я.

Все же я нервничала, и мне хотелось испортить Ирке настроение. А то она, понимаешь, в неге и предвкушении красоты находится, а я должна предпринимать неимоверные усилия по ее спасению.

Но Ирина, похоже, шуток не воспринимала.

– Намекаешь на то, что Кика мне изменяет с непотребными женщинами?! А-а-а, вот ты и проговорилась! Рассказывай, давай!

– Я пошутила, – оправдывалась я, – возможно, неудачно…

– Я всегда знала, что ты скрываешь от меня Кикины похождения! Подруга называется!

Это было уже через край.

– Называется? Подруга? – захлебнулась я возмущением. – Кто как не я взяла на себя непосильную ношу, которую, между прочим, должна нести ты! И я же еще – «подруга называется». А кто? Я только и делаю, что жертвую собой ради тебя! По всей видимости – напрасно. Благодарности от тебя все равно не дождешься.