История одной тени

Турн сделал то, что задумывал: он позволил Вельгару вырваться при помощи захвата и намеренно расслабил стойку. Едва упал на песок, тут же сгрёб рукоять маяна вместе с горстью песка, под радостный вопль воина привстал и как следует замахнулся, резанув по диагонали от левого бедра до правого предплечья Вельгара. Крики стали болезненными, кровь разбрызгалась по песку снопом голубых искр и окрасила одежду внушительными пятнами.

– Арай! – громыхнул Турн и поднялся на ноги.

Клинок полетел за пределы песчаного круга.

Турн стряхнул с себя налипшую пыль и выпрямился, нависнув над раненым воином, который потерянным взглядом смотрел в голубые небеса и уже готовился отойти за Грань.

Менас, как всегда, не спешил. За глаза многие называли его личным мучителем костлявой Сборщицы, потому что от ранения до лечения проходило много времени. За этот период бедолаги успевали вдоволь накричаться, наплакаться, подержать в руках свои внутренности и потерять сознание от боли. Арай нарочито медлил, будто позволял воинам узнать, как выглядит смерть, и только потом вырывал несчастных юнцов из её ледяных, лишённых кожи и жил ладоней.

– Тебе сенного столба мало, Торай? – раздалось ворчание пожилого лекаря. —Косишь всех без разбору, как траву в пологодье! И это меня зовут истязателем на службе у Смерти? Кажется, этот титул нужно со всеми почестями пожаловать тебе, Турн.

Под бесконечное ворчание Менас присел рядом с Вельгаром, лежавшим на кровавом песке, засучил рукава длинного халата и простёр над телом руки.

Он ненадолго замер, а потом достал из кармана небольшую склянку, привычно откупорив её зубами. Запах свежескошенной травы, едва уловимый, сменился гнилостной вонью, а после развеялся, оставив после себя аромат хвои. Несколько капель лекарской настойки подготавливали рану к заживлению. Стоило окропить ровные края жидкостью, как тут же та зашипела и начала испаряться.

– Больше будет по сторонам смотреть, – перекрикивая громкий стон Вельгара, грубо отозвался Турн.

– Ага, как же, усмотришь за собой. Ты же шустрый, как амбарная рынь. Вреда много, а за хвост поймать ещё никому не удалось! – хохотнул Менас, тряхнув ладонями.

У старого арай не сразу получалось призвать магию исцеления. Он с трудом помнил, как его звали, а тут приходилось лечить такие глубокие раны. Не навредил бы однажды. Турн решил, что пора отпустить Менаса на покой. Лекарь давно грезит о Храмерии, прекрасных садах и домике рядом с водопадом.