История одной тени

Выставил ладони вперёд с заряженным заклинанием, но Вахди оказалась готова к этому. Она взметнула руку вверх и резко опустила её. Дрожь разрывала землю, а потом яркая вспышка ослепила на миг, и ударная волна сбила с ног сначала Торай, а потом добралась и до Ородона. Он отлетел на большое расстояние, упал в траву и сразу же потерял сознание…

– Надеюсь, ты простишь меня, Ородон, за дерзость. – Из воспоминаний вывел голос Турна. Ородон вновь посмотрел на него, вопросительно вскинув брови. – Вахди объявили общий сбор, все Торай обязаны прибыть в Сартан и явиться во дворец Вахтирай.

– Да-да, я понимаю, – Ородон быстро покивал и слабо улыбнулся. – Долг зовёт тебя. Я рад, что ты зашёл повидаться. Ты один? – Он неожиданно вспомнил, что Торай должен был привести Морана. Окинув взглядом пространство рядом с Турном, арай едва не упустил из вида край свободной рубахи, которая выпирала вбок из-за ног Турна.

– Конечно же нет, – Турн повернулся и отошёл в сторону. – Что ж ты застыл, ньин? Негоже прятаться за моей спиной.

Нет напротив нас врагов, лишь друзья. – Он коснулся спины мальчика и подтолкнул вперёд.

Моран несмело поднял взгляд и расцепил руки, опустив их вдоль тела. Ородон едва не охнул вслух. Перед ним стоял сын своей матери. Он так похож на неё! Пусть у него бледная кожа с едва заметным серебристым отливом, однако тот же скромный взгляд, разрез глаз, овал лица, пухлые губы, напряжённые в смущении. А главное – чёрные зрачки в оправе золотистой радужки. Руат и духом, и телом. От Турна он перенял разве что фигуру.

Ородону казалось, что перед ним стоит молодая Ифия. Он даже потряс головой, чтобы сбить навязчивое видение, потёр пальцами глаза, окончательно избавляясь от призрачного образа. Если бы не чёрные волосы, густыми локонами обрамлявшие лицо, то было бы почти идеальное сходство.

Ородон заставил себя перестать думать об Ифии. Он как можно добродушнее улыбнулся и наклонился к Морану.

– Иди в сад, Моран, – посоветовал он маявшемуся перед ним мальчику. – Хейланта весь день не замолкала, спрашивала, придёшь ли ты.

Она ждала так долго… Иди. – И взял юного руат за плечо.

Моран поднял взгляд, и улыбка, ровно такая же, как у Ифии, осветила бледное лицо. Ородон закрыл глаза, чтобы унять начинавшуюся в груди бурю. Когда мальчик скрылся за дверью, он тягостно вздохнул.

– Они подружились, – сказал Турн. – Пройдёт немало времени, прежде чем они поймут, для чего были рождены. И для кого.

– Да… – Ородон покивал, обращаясь к своим мыслям.