Может быть, позже....

Наконец, он не выдержал:

– Что ты предлагаешь? Отпустить ее?

– Я понимаю, что вы уже что-то доложили начальству о ваших намерениях, отказаться от этого было бы не в вашу пользу, и потому вы вынуждены сейчас что-то сделать со Смирновой, – пояснила она свою мысль. – Поэтому предлагаю компромисс: подписку о невыезде. До тех пор, пока вы не найдете улики или пока окончательно не снимете с нее подозрения. Начальству вы доложите, что мера пресечения применена. Смирнова пойдет домой. Все довольны.

Репин задумался ненадолго.

Наконец, выражение его лица приобрело осмысленный вид, и он тихо проговорил сквозь зубы:

– Хорошо. Но если она только попытается… За ней будут следить, будь уверена…

– Вот и отлично. Она не попытается, это я вам обещаю, – заверила Быстрицкая вполне серьезно. – Со своей стороны хочу вам сказать, что сделаю все возможное, чтобы помочь вам быстро установить истину.

– Обойдемся и без твоей помощи, – надменно пробурчал Репин. – Но допрос сегодня же вы мне в дело дадите под протокол.

Поняла?

– Конечно, всенепременно, – кивнула Мария.

Они вернулись к толпе ожидающих их.

– Прошу всех присутствующих проехать с нами, – мимолетом бросил Репин и, ни на кого не глядя, уселся в машину Стожарова.

Удивленный Андрей хлопнул своими белесыми ресницами на Марью и молча сел за руль.

Смирнова со своими спутниками недоуменно воззрилась на Быстрицкую.

– Вас необходимо допросить, – пояснила Мария. – Это для дела.

– Да-да, конечно, – Смирнова с Кротовым и «англичанином» проследовали к ее машине.

Быстрицкая поехала с ними.

По дороге ей, наконец, представили «англичанина». Это оказался бывший муж Смирновой, с которым они сумели сохранить дружеские отношения, несмотря на достаточно неожиданное и неприятное расставание. Его звали Нестеров Александр Петрович. За время, что Ирина жила со Смирновым, Нестеров смог не только простить ее, но и достаточно крепко встать на ноги в сфере бизнеса. Он, кажется, так и не забыл бывшую жену.

Мария могла только удивляться такой преданности женщине, которая его бросила ради другого. Да и в целом Александр Петрович очень импонировал ей своими манерами, воспитанием и мужским обаянием.

Но все-таки о таком треугольнике следовало подумать более подробно. На этом решении Быстрицкая и остановилась на время. Они подъехали к прокуратуре.

Довольно утомительный допрос в кабинете Репина закончился только через два часа.