Прощай!

Ему было двадцать два, но выглядел он солидно, на все двадцать пять, и одевался круто. Бабы на него западали буквально пачками, не успевал отбиваться, и Чума даже поначалу завидовал другану. Сменяться бы с Юрцом своей картошкой, которую он привык считать носом, и лопуховидными ушами, тогда бы не прикалывался над ним весь честной народ, и девчата смотрели бы поласковее. Но сейчас появилась у него одна подруга, которая искренне считала, что Чума (ее разлюбезный Витенька) – лучший из всех, кого она знала. Чума смущался, но в душе был рад, что Юлька – очень даже ничего так телочка – каждый день не уставала мотаться за ним и трезвонить по всему городу, что через полгода они поженятся.

Юрец, конечно, ржал до потери пульса, он сам с ней раньше встречался и теперь утверждал, что у Юльки затмение, если она в Чуме разглядела красавца. Но Чуме на Юрцовские шутки было наплевать. Что ни говори, а приятно, когда на твою девчонку на улице мужики оборачиваются, и даже Юрец – красавец-раскрасавец – не исключение. Ревности Чума не питал: Юльке верил, а это было главное.

Юрец, закончив свой каждое утро повторявшийся ритуал, лениво поковырял зубочисткой во рту, вычищая остатки завтрака, и, наконец, произнес своим мелодичным баритоном:

– Где эти козлы пропали?

В этот момент из-за угла показались еще двое парней.

– Вот они, падлы, – зло прошипел Юрец, но тут же расплылся в улыбке: – Привет, пацаны! Опаздываете …

– Да мать опять шмон наводила, достала уже, – осклабился один из пришедших.

 – Пока все базары закрыли, развели на понятия …

Это были Сема и Тема, два брата-близнеца. Чума знал их уже пару лет. Пацаны были правильные и решительные, друг за друга любого готовы были порвать. Юрец почему-то их недолюбливал, но перед ними, конечно, этого не показывал. Впрочем, это было его личное дело, и Чума ему за это не высказывал.

Оба брата уселись на заднее сиденье Юрцовской «десятки», и тот нажал педаль сцепления.

– Мягко идет, – оценил Сема. Он еще не видел этой тачки.

 – Давно купили?

– Две недели уже. Отец на день рожденья подарил, – неохотно ответил Юрец.

Отец у Юрца руководил какой-то крупной фирмой, и сынок его, соответственно, ни в чем не нуждался и горя никогда не знал. Фэйсом его Бог тоже не обидел. Единственное, чего Чума не понимал, так это почему мажор Юрец с ними лазит. От скуки что ли? Они явно не вписывались в его обычный круг общения. Чума даже подозревал, что Юрец их презирает всех вместе взятых.