Ты…

Я хотел вам сказать, что любые ваши действия по отношению к нему я приму с удовольствием, не хочу, чтобы он был похож на меня, пусть лучше на отца.

– Да, ведет он себя ужасно. Не думала, что в пятом классе бывают такие мальчишки, думала, такой воинственный период начинается позже, но… Я вас услышала.

– Мне про вас хорошее сказали, – уголки его рта чуть приподнялись в улыбке, вроде мальчишеской; сквозь кажущуюся серьезность и уверенность пробивался юный возраст, – хотя я терпеть не мог своих учителей, вам хочется верить.

Вера удивленно подняла брови, не зная, что ответить. Он развернулся к выходу и как бы мимоходом проговорил на прощание:

– Эту газовую херню вам заменят ребята, после обеда приедут. Дома будете?

Вера от резких слов снова немного растерялась, пытаясь найти уместное слово, перспектива новой печки в то же время радовала несказанно:

– Дома, но с чего это вы будете ее менять…

Дверь за ним уже закрылась, потоком воздуха поднимая с пола едва заметный слой снега, оставленный обувью.

Печку действительно приехали менять, без слов, молча и зная свое дело. Двое ребят провели какие-то провода, долго что-то соединяли с уличными проводами, устанавливали счетчики, сверлили, в доме стало еще холоднее от постоянного сквозняка.

– Ребята, это надолго? Я, если честно, и не соглашалась, я даже имени его не знаю. Выстудили мне весь дом, я его теперь когда прогрею?

Они пересмеивались между собой и старались с ней не вступать в разговор, только один худой паренек, все время что-то проверяющий на своем аппарате, проговорил:

– Андрея не знаете? Михеев, местный ураган.

– Что значит ураган? – Вера грела руки об чайник, внимательно слушая каждое его слово.

– Отец его – Евгений Михеев, крупный предприниматель, его все знают.

– Он всегда такой… беспринципный? Что захочет, то и делает…

– Уж Андрей то как раз с принципами… – второй парень, устанавливающий небольшой короб в углу кухни, усмехнулся. А через минуту Вере уже вручили пульт с тремя разноцветными кнопками и показали, как им пользоваться.

Сколько времени они потратили, вот уже и вечер за окном. С этими мыслями она стала готовиться к рабочему дню, погладила вещи, уложила все необходимые учебные материалы, и только уже потом, сидя в кресле, она вдруг стала понимать, что ей становится почти жарко в этом толстом халате.