Клайд

Занимаю свое, а к середине трапезы подтягивается Клайд.

– Извини за завтрак, – произношу, решив, что так будет правильней. Все же мне следует поддерживать хорошие отношения с ребятами.

– Проехали, – только и отвечает воин.

Я утыкаюсь взглядом в свою тарелку. Не пойму, что делаю не так. Ну мог бы хотя бы поинтересоваться, как прошли мои первые занятия! Вот был бы здесь Вернер или Кирин… Но первый отсыпается после смены, а второй никак не оторвется от мониторов. Мда… Если так пойдет, то мне и поговорить не с кем будет.

Может, завести еще знакомства? Но ведь не подойду же я к любому из присутствующих здесь карателей и не скажу: "Давай дружить?"

– Ты готова? – вырывает меня из размышлений Клайд.

– Угу, – киваю и быстро допиваю свой чай. Перед обедом я успела принять душ и переодеться, так что сейчас уже нет смысла оттягивать следующее занятие.

Стрельба.

Что я знаю об оружие? Да ничего, собственно. Я настоящий пистолет и в руках-то не держала.

Честно говоря, страшно.

Клайд шагает впереди, чеканя шаг, а я понуро бреду за ним следом. Мы спускаемся в подвалы и становится ощутимо прохладней.

Тир похож на тир. Все довольно лаконично и по-мужски. Стены покрашены в светло-серый цвет. На полу плитка чуть темней по тону. У дальней темной стены несколько мишеней, но, судя по полозьям на потолке, все не так просто, как кажется на первый взгляд.

Клайд по-хозяйски подходит к барьеру, где на стойке уже разложено разнообразное оружие.

Мониторы у каждой стрелковой позиции фиксируют изображение мишени.

– Ты раньше стреляла? – спрашивает меня он.

– Нет.

– Ясно.

Что ему ясно, лично мне неясно от слова совсем.

– Тяжелый, – ворчу, когда забираю протянутый мне воином пистолет.

– Привыкнешь.

Если ранее я думала, что стрельба будет интересным занятием, то кое-чего я не учла. Все, что говорит и показывает Клайд интересно, наверное… Я не слушаю. Не могу слушать.

Наблюдаю за тем, как вампир разбирает пистолет, показывает детали и что-то о них рассказывает, а сама залипаю на его руках, длинных пальцах.

Сердце начинает скакать в груди, а мне самой становится жарко.

– Понятно? – спрашивает меня Клайд, и только тогда поднимаю на него взгляд. Чувствую, как жар опаляет щеки, но вовсе не из-за того, что приходится блеять растерянное:

– Н-не очень.

Клайд недовольно прищуривается и снова разбирает пистолет.