Голод крови

Затем характер звуков изменился – Стелла вливала жидкость в горло. Где-то на половине Стелла поперхнулась и расплескала содержимое бокала. Запах алкоголя распространился по всей комнате. Но он уже не мог перебить терпкого солоновато-сладкого аромата, того самого аромата, который был знаком ему уже очень давно…

– Оботри кровь, – велел он, сглатывая слюну.

Стелла подчинилась – зашуршали салфетки. Аромат не уменьшился, хотя все же немного рассеялся.

– Выпей еще, – сказал он, поворачиваясь.

Стелла посмотрела на него вновь помутневшими глазами.

Вернувшаяся было на некоторое время трезвость опять ускользала от женщины. Стелла послушно долила бокал доверху и залпом его опустошила. На этот раз все прошло без единой заминки.

– До дна, – невнятно пробормотала Стелла и смачно отрыгнула. Она снова была пьяна.

Затем, шатаясь, она вернулась обратно и без единого звука легла, до подбородка накрывшись простыней. Примерно в то же мгновение он уловил нарастающее за дверью волнение.

Разумеется, Юра почувствовал произошедшую ссору и теперь жаждал узнать, не случилось ли чего с его ненаглядной мамочкой.

А Стелла уже проваливалась в неспокойный сон, о чем свидетельствовали ее закрытые, едва подергивающиеся веки.

– Спокойной ночи, милая, – произнес он и вышел из спальни.

И сразу увидел Юру. Тот стоял под аркой, что соединяла просторный холл с обеденной зоной. В руках у мальчика была внушительных размеров сковорода, на дне которой находилась непонятного происхождения субстанция.

Явно подгоревшая, судя по острому неприятному запаху.

– Что тебе надо? – хмуро спросил он Юру.

– Блинчики с мясом, – ответил мальчик, кивая в сторону сковородки. – Я принес их маме. Она весь день ничего не ела.

– Ты прекрасно знаешь, что мама больна, – сказал он, стараясь не повышать голоса. – И меньше всего ее сейчас интересуют твои блинчики.

– Ты лжешь, – неожиданно упрямо заявил Юра.

– Я лгу? – переспросил он, усмехнувшись. – А ну, иди сюда.

Юра не шелохнулся.

– Иди, иди, – позвал он, – я покажу тебе твою маму.

– Ты ее ударил, – Юра едва сдерживал слезы.

А в следующую секунду ему стало ясно, зачем мальчик пришел сюда со сковородой. Юра совершенно серьезно намеревался на него напасть.

– Ты – мерзавец, – продолжал Юра, сжимая покрепче ручку сковороды. – Если ты еще раз попробуешь ударить маму, я тебя убью.

В глазах мальчика горела самая настоящая звериная злоба.