Принцесса Кики

Но всегда понимал, что рядом с Дамианом к нему никто не сунется – действительно, найдётся ли дурак, который бросит вызов боевому магу-демонологу, границы возможного у которого сдвинуты до самого Астрала? Ромион ещё ребёнком уяснил: в магии Дамиан может если не всё, то очень-очень многое. И никогда не направит этот свой талант против семьи. А Ромион был семьёй – хотя Дамиан его тоже не очень-то любил. Точнее, любил, но… В общем, отношения между этими двумя описывались двумя словами: «всё сложно».

– Ты здорово нас перепугал, – нарушил тишину Дамиан.

 – Как ты себя чувствуешь?

Ромион моргнул и вместо уютного чувства безопасности ощутил панику – настолько сильную, что она мешала дышать.

Дамиан как маг был способен на многое, но в свои двадцать два он оставался наивнее слепого котёнка. Ему вполне могла прийти в голову мысль кинуться спасать брата – и забыть про королеву фей, которая охотится за ним и его женой.

– Что… Как… Почему вы здесь? – пытаясь вдохнуть, прошептал Ромион. Ну и идиот! Ладно бы только себя подставил! Так нет, ещё и его жену, принцессу фей, Глория заберёт в Сады.

Прошлый раз заботливая мать дочь «всего лишь» отравила – для блага королевства в частности и всего мира в общем. А что она придумает сейчас?

– Тише. – Дамиан потянулся, взял брата за руку – Ромиону тут же стало легче дышать. Ощущение безопасности вернулось: Дамиан так же держал его за руку каждый раз, когда Ромион отходил после очередного отравленного яблочка их незабвенной мачехи Изабеллы.

– Почему вы здесь?! – повторил он, дрожа.

 – Дамиан, что с Виолой?!

Дамиан обернулся и бросил куда-то через плечо:

– Виола, что с тобой?

– Фя фафята! – ответили ему, и Ромион, прищурившись, увидел огонёк свечи – далеко, кажется, в соседней комнате (через дверной проём).

– Она занята, – перевёл Дамиан и снова обернулся. – Виола, дорогая, твой диплом от тебя не убежит, допиши его завтра утром при нормальном свете.

– Скажи это своим заклинаниям, которые ты спросонья пишешь!

Огонёк дрогнул, подскочил и поплыл, приближаясь.

И тут же рядом с ним вырисовался силуэт прекрасной девушки, искрящейся золотой пыльцой. Она шла, и её длинные волосы доставали до пола (по крайней мере, пару раз девушка на них наступила), а воротник из фиалок светился вокруг её шеи, как гирлянда волшебных фонариков.

Ромион жадно смотрел на неё, сжав в кулаках край одеяла. От Виолы по-прежнему пахло фиалками, и улыбалась она так же задорно. Разве что немного устало.