Живи!

 – Весь дворец знает, что если дать мне конфеты, я долго не продержусь и побегу их прятать. Это, наверное, от демонов. Не знаю. Как думаешь?

– Наверное, госпожа.

Девочка нахмурилась и, похоже машинально, стянула у меня шоколадку.

– Ллир… скажи… А правду говорят, что рей-на – могущественные волшебники?

Я аккуратно вытер пальцами губы, не спуская с неё взгляда. Она следила за мной и потом смотрела на губы, когда я опустил руку.

– Госпожа, рей-на – рабы.

– Да, да, я знаю, – она отвернулась. – Вас заклеймили… Но если вы были волшебниками, у вас остались… ну, знания? Магия – ей ведь учатся.

Она не приходит по наитию. Да?

Я понимал, к чему она клонит.

– Да, госпожа.

– Тогда, – она с надеждой повернулась ко мне. – Тогда ты может быть… может быть знаешь, что со мной происходит? Меня прокляли? Это ведь не может быть наследственным – меня проверяли, когда я родилась, и не нашли ни капли магии. Значит, проклятье? Королева могла проклясть меня…

Прикрыв глаза, я слушал её, а сам вспоминал вчерашний сон.

Интересно, кто осматривал принцессу при рождении – человеческие колдуны? Тогда неудивительно, что они не обнаружили в ней магии. Волшебство никогда не было сильной стороной людей. Если бы они не гнушались запретными, кровавыми видами магии и если бы людей было меньше, им бы никогда не справиться с нами. А среди демонов сильны предрассудки. Полукровка не несёт в себе силы – один из таких предрассудков. Ни в Туманном королевстве, ни среди людей по слухам не рождались полукровки-маги уже тысячу лет. Не такой уж большой срок для демонов, но они всегда презирали людей, и уж человеческие-то полукровки точно не могут колдовать – так они наверняка и думают.

Несмотря на это человеческая полукровка сидела передо мной и лучилась магией.

– Ллир, ты можешь сказать, что со мной? Что мне делать?

Да, я знал, что с ней. И я знал, как ей помочь. Когда-то я учил таких, как она – давно, очень давно. Я мог бы помочь её дару – а это действительно был дар, что бы она ни думала – раскрыться.

Прошло уже много лет, но она права: знания остались. И некоторые вещи просто не стираются из памяти – как способность дышать, например.

– Моя госпожа, пожалуйста, скажите, вы догадываетесь, когда вам лгут или читаете мысли? – спросил я, не поднимая взгляда.

– Не догадываюсь. В смысле, я чувствую. Это как чувствовать тепло… Только не так. Я… Я не знаю, как объяснить. Я сама до конца не понимаю. Просто… просто чувствую.

Я понимал. Прекрасно понимал.