Где начинается небо

– По нашим данным, пострадали уже десять человек. Смертельных случаев пока нет, но вам, ваше высочество, это и так доложат. Скажите, сколько человек должны умереть, прежде чем вы найдёте свою невесту, и Сердце Каэлии снова уснёт?

Это был очень неудобный вопрос, и Лиана подумала, что не удивится, если программу завтра закроют, а Хопкинса отдадут под суд. Формально цензуры в Каэлии не было, но критиковать королевскую власть считалось дурным тоном, а попасть в больницу для душевнобольных после такого можно было легко и просто.

Принц на экране впервые показал себя живым человеком: он явственно побледнел и вдруг согнулся, а потом и вовсе вывалился из кресла, одной рукой опираясь на пол, а другой держась за сердце.

– Ваше высочество? – только и смог выдохнуть Хопкинс, поднявшись. – Вам плохо?

Больше он ничего не успел: от принца его оттолкнул Сильвен. Дракон упал рядом с Робертом и, обняв его за плечи, стал что-то тихо говорить. Принц смотрел перед собой, явно его не слыша.

Потом вещание прервалось, и на экране появилась изображение горного луга под солнцем и слова «Рекламная пауза».

Стукнули и зашипели замки на входной двери. Подскочив, Лиана метнулась в коридор – и повисла на шее отца.

– Папочка!

– Лика, постой, надо дверь закрыть, – прошептал отец, держась за стену.

Дверь закрывала Лиана: она уже в четырнадцать была куда сильнее отца, а ветер на этот раз умудрялся хлопать даже тяжёлой дверной створкой.

– Задержали на совещании, – устало улыбнулся отец. – Ну, красавица моя, ну…

Лиана плакала, держась за его шею.

Снаружи визжал ветер, и мелко стонал под его непрерывными ударами дом.

***

– Под суд его! Завтра же! – шипел его величество, так быстро катаясь на инвалидной коляске, словно участвовал в гонке. – Почему вопросы заранее не проверили?!

– Ваше величество, прошу вас, успокойтесь, – в который уже раз произнёс королевской пресс-секретарь. Ему было уже за сорок, и он время от времени смотрел на браслет планшета.

– Я сейчас вас успокою! – взъярился король. Его руки неугомонно ёрзали по подлокотникам, словно искали, что бы такое схватить и швырнуть. Печальная любовь короля кидаться тяжёлыми предметами как аргумент в споре была хорошо известна всему дворцовому персоналу.

– Отец! – подал голос принц, вокруг которого хлопотали аж три врача и один маг.