Аратта. Книга 4. Песнь оборотня

В его сторону нескончаемым потоком тянулся народ. Празднично одетые бьяры в меховых безрукавках, расшитых пестрыми бусами и речным жемчугом, несли узелки, короба с жертвенной едой, туеса с пивом. Молодые парни с хохотом и прибаутками тащили круглые пироги – здоровенные, одному не унести. На многих были личины из древесной коры, раскрашенные так, что при виде них даже медведь спрятался бы в берлогу. Повсюду слышались приветственные возгласы – порой соседи не видали друг друга с прошлой осени.

– Да тут, наверно, десятки деревень собрались…

«Вот только обычно бьяры приходят на моление целыми семьями, а здесь почти нет ни женщин, ни детей.

Да и стариков, кроме „говорящих с духами“, что-то не видать…» – отметил про себя Хаста.

– Так и есть, – отозвался он вслух. – На праздник Пугала люди со всех краев по нескольку дней идут. Вот на таких сборищах люди наместника их и ловили…

– Что за Пугало-то, расскажи?

– А вон оно, видишь – высокое чучело из соломы торчит, там, где складывают костры? Как стемнеет, его одарят, напоят, накормят, споют ему песен, а потом сожгут, чтобы дымом отправился на небеса и отнес дары предкам.

Урожай собран, солнце на зиму поворачивает…

– Погляди, погляди! А что они сейчас делают?

Над толпой грянула торжественная песнь. Анил даже привстал, глядя, как седобородые бьяры в длинных белых рубахах, выйдя из толпы вперед всех, выливают из туесов хмельное питье прямо наземь.

– Приносят дары Спящему Бобру, – объяснил Хаста.

– Какие же это дары? Они просто делают лужу. – Анил принюхался. – Переводят хорошее свежее пиво…

«Звездочет» ухмыльнулся. Быстро же этот придворный приучился к здешнему простонародному пойлу.

– Я разузнал – это не просто камень, – продолжал Хаста. – Это ездовой бобер Тарэн, ждущий своего часа.

– Опять Тарэн! – скривился Анил.

– И опять бобры, – кивнул Хаста. – Говорят, что раз в две тысячи лет ярость Матери Зверей сокрушает все границы и поджигает землю и небо.

И этот огонь не унять ничем. Реки обращаются в пар, озера выкипают до самого дна. Лишь одно может погасить неуемное пламя и спасти вселенную.

– Что?

– Струя этого бобра.

– Ты шутишь?

– Видишь родник? Местные считают, что его вода имеет великую силу и позволяет уберечься от гнева Тарэн.

Анил, поморщившись, поглядел на воду, струящуюся по каменному руслу.

– Дикари, – пробормотал он себе под нос.