Те же и Скунс

Вот кому предстояло пускать в ход полную мощь логики и интуиции, делая противника всё более предсказуемым. Хотя… что касается Скунса…

– Я бы вообще не исключала возможности, что это чисто мифологический персонаж… – сказала Марина Викторовна.

– Мифический, Мариночка, мифический, – поднял палец Дубинин. – Мифологический – значит, имеющий отношение к науке о мифах, наш же персонаж непосредственно…

«Пиночет» вдруг запустила руку в карман и высыпала прямо на стол горстку подсолнушков. Эту привычку она приобрела много лет назад, когда бросала курить.

– Хотя бы в порядке бреда, – проговорила она. – Нет, правда, ребята, вполне жизнеспособная гипотеза! Хоть то же «Ливерпульское трио». Люди-то всё какие, а? Там и лазили чуть не с микроскопом, и ничегошеньки. Только шепоток по закоулочкам: «Скунс…»

– Другие киллеры как киллеры, – сказал Плещеев. – Ни тебе каких кличек, всё анонимно, зато хоть что-нибудь нам да оставят на память, хоть винтовочку какую-нибудь занюханную. С разбитым прикладом… А этот? Сплошное безобразие.

Кличка есть, а человека нету. Может, правда пугало придумали друг друга и бизнесменов стращать?..

– И те мрут, бедные, прямо со страха, – фыркнул Дубинин.

– Как О'Тул в Лиможе, – противореча собственной гипотезе, подсказала Пиновская. – Или наш Ваня-Борода в Вашингтоне.

– Ага, – кивнул Осаф Александрович. – Вешаются у себя в офисах, залепив жвачкой скрытую камеру…

«Пиночет» погладила котёнка, скользившего по гладкой столешнице, и назидательно сообщила ему:

– Вот так, дружочек, обретают плоть древние мифы…

– Не очень ясно как, зато почти всегда ясно почему, – вставил Саша.

Он балансировал, поставив свой стул на две задние ножки, и глядел в потолок сводящими с ума сапфировыми глазами. – У тех ливерпульских, сколько я помню, у каждого во рту было по баночке. С тем самым детским слабительным…

– А кнопку вызова охраны не нажал ни один, – сказал Дубинин. – Хотя у каждого была под рукой. Плещеев хмуро предположил:

– Может, совесть загрызла?

Пиновская, не желая портить передние зубы, шелушила семечки пальцами.

– Кстати! – сказала она и пристально посмотрела на Дубинина. Тот встретил её взгляд, мгновение подумал и кивнул головой в растрёпанных остатках волос:

– Вот именно.

– А для простых смертных? – мрачно спросил Плещеев. Воспринимать обмен мнениями Дубинина и Пиновской было подчас не легче, чем следить за беседой размахивающих руками глухонемых.