Почти врач

Вам случалось пытаться наложить манжету от тонометра, допустим, на бедро упитанного человека в верхней его трети? Тот, кто сказал «невозможно», на «скорую помощь» не годен. С помощью бинта, веревочек и старинного русского заклинания узнали: сто пятьдесят на девяносто. Пациент пожелал той же процедуры на второй руке, но тут завязочка порвалась. ЭКГ тоже сняли. Веселое занятие. На это пошли остатки бинта. Короче, соврала телеведущая Юлия Васильевна. Не было у пузыря инфаркта. Кстати, Белянчикова тоже Сеченовку заканчивала.

Но болит у мужика под лопаткой. Видно, что мучается, бледный, язык сухой. Может, хондроз? Промяли всю спину – спокойно всё, не позвоночник. Я долго пытался оттянуть этот момент, но пришлось. Ну не Лене же пытаться промять брюхо таких размеров. А вдруг споткнется, упадет и утонет? Нет, ну реально там живого веса пудов двенадцать.

Я мял ему пузо добрых полчаса. Ничего не понятно. Ну то есть совсем. Да я вспотел даже!

Томилина пожалела меня, подошла и тихонечко говорит:

– Да давай его с аппендицитом отвезем.

Пока они там анализы сделают, понаблюдают – и смене конец.

Отвезли. Только Харченко недовольно вздыхал, когда мужик в машину залез.

Самое странное, что угадали. У жирдяя оказалось подпеченочное забрюшинное расположение отростка.

* * *

В ресторан под знаменитым глобусом я приехал с небольшим опозданием. Всё из-за легкой паранойи. Припарковаться можно было и прямо перед входом, и я, выехав из-под моста со Смоленской, уже начал туда подъезжать, но тут в голове мелькнула мысль, что это будет как маяк: гляньте, я здесь.

Вот дурень, надо было ехать по Воровского, остановиться там, а сюда пешком пройтись. Тоже мне, опытный водитель нашелся. Пришлось ехать до «Валдая», повернуть в Арбатский переулок, с него на… Арбат, ведь он еще ни разу не пешеходный! Как я мог забыть? С него – на Спасопесковский, оттуда – в переулок Воеводина, и я всего лишь метрах в трехстах от «Арбата». Красота, да и только. Можно было бы просто проехать чуть дальше, но великий мастер шпионажа внутри моей головы утверждал, что на Калинина существует специальный пост наружки, поставленный с единственной целью – засечь, как я паркуюсь у обочины.

Американец ждал меня у входа, как пионер на первом свидании. Одет неброско. Костюмчик явно не от Бриони, простой, у нас в таких средний чиновный люд ходит. Слегка поношенный, любимого советским народом немаркого цвета, рубашечка скромная, белая, но уже слегка утратившая яркость, галстук никакой.