Фантомные боли

Позже, анализируя те дни, она никак не могла четко объяснить себе, что же произошло? Когда она влюбилась? Как из отношения к Игорю как к славному мальчику выросло желание быть рядом все время, не расставаясь? Кто из них сделал первый шаг – он или она?

Сперва ей казалось, она полностью контролирует ситуацию. Казалось, она в этих отношениях ведущий – яркая свеча, к которой стремится глупый мотылек, и если свеча без мотылька может гореть легко, то мотылек без свечи – никогда.

Казалось, даже и лучше будет, если роман не продлится долго… Казалось…

Как же она ошибалась!

Они сходили в кино еще пару раз.

А потом была поездка на дачу его друга – ночь, вставшая на середине пути машина, последняя электричка, пьяные подростки, дорога на ощупь через заснеженный лес и их первая ночь вместе.

Конечно, она знала, зачем он везет ее на эту дачу, но заранее расслабилась, позволила событиям разворачиваться так, как им вздумается – пусть стремительно, словно скорый поезд или горная лавина, – но так даже интересней, слишком долго она сидела в полной тишине одна, слишком давно не ощущала себя живой.

Именно эта ночь поменяла ее отношение к Игорю в сторону «люблю». Рядом с ним она была красивой, каждая клеточка ее тела пела гимн женственности.

В ту ночь она запретила себе думать о будущем – о последствиях, о предпосылках, о его к ней чувствах. Хорошо – и этого довольно.

С дачи Марта возвращалась с твердой уверенностью, что наконец-то любима – именно она – рыжая, саркастичная, резкая, в мужской куртке и огромных – не по размеру – берцах, – а не недостижимый идеал, не та, что Игорь сам себе нарисовал.

Почему-то Марта не сомневалась: он ее видит. Разглядел, что она скрывает за своей манерой одеваться и вести себя. Разглядел и понял, что ему нужна именно она.

В день, пришедший после их первой ночи, они успели поговорить обо всем том, что еще не обсудили в сети: о родителях, работах и бывших любовях.

Ей не слишком понравилось, как он отзывался о своей предыдущей девушке, но она предпочла пропустить его грубость мимо – мало ли, может, незнакомая ей девица и правда была редкой сукой.

Случается же и такое.

Обратила внимание потом – через время, – и поняла, что за всеми этими обвинениями в адрес бывшей, за всеми дурными словами скрывается самая настоящая обида и… любовь – единственная на миллион.

Но это случилось гораздо позже. В то время, наставшее после дачи, она верила, что именно она – единственная, и это их любовь – одна на миллион.