Баба Яга и Ко. Украденная колдовская книга

В подтверждении ее слов послышался гул приближающихся голосов.

Кикимора выглянула во двор, и помахав кому-то рукой, крикнула.

– Нашлись, душегубцы! Тута они.

– Я ничего не понимаю. Кто-то явно сошел с ума, только вот кто? – пробормотала Золушка. Она охватила голову руками. Что-то где-то пошло не так. Нехорошие предчувствия заползали под кожу девушки и вили там гнезда.

Васька сидел рядом, щурил глаза и задумчиво мотал хвостом.

Поляна перед изнакурнож заполнялась деревенским людом и лесной нечистью. Общая идея всемирного мщения объединила враждующие стороны.

Деревенские поддерживали выкрики лесных обитателей, а последние подхватывали на все голоса человеческие лозунги.

Не сказать, что Бабу Ягу сильно любили. Скорее боязливо уважали. К ней приходили лечиться все подряд и от всего подряд. Просили помощи в разных делах. Колдунья отказывала лишь злодейским просьбам. Баб, просивших избавления от плодов любви, гнала метлой и крыла матом. Строгость в этих вопросах почему-то послужила основной подпиткой уважительному отношению.

Прошлая Яга была старой, брюзгливой и безучастной. Простой женщиной. Не магичкой. Она следила за вверенным ей порталом и мало чем интересовалась, кроме этого. Встречала принцев и ивановцаревичей, отправляла их в добрый путь и все. На этом ее интересы заканчивались.

Коровин Луг, деревенька, что стояла на опушке дремучего Лукоморья, и лесной народец радостно вздохнули, когда старая бабка отдала Хаосу душу и на ее место прислали новенькую.

Молодая рыжеволосая девушка с пронзительными зелеными глазами пришлась по нраву всем.

Особенно мужчинам. Видя, что женщина одна, они повалили толпами с ухаживаниями. Но, получив чувствительное внушение метлой и сковородой, быстро отстали.

Известие об исчезновении Яги принесла Кикимора, что жила в Долгом болоте. Истошно вопя, она бегала по деревне и рассказывала о пустой, стылой избе на курьих ногах и мучительной кончине рыжей колдуньи. Новости требовали проверки.

Савельевна, известная в деревне своей любвеобильностью, рысцой сбегала в жилище колдуньи и подтвердила слова Кикиморы.

Вооружившись вилами, лопатами, топорами и матами, люди шли к жилищу пропавшей. Цель визита не всем была известна, но разве можно остаться в стороне от движухи.

Мороз, дурость и глубокое уважение к колдунье требовали выхода.

– Подать их нам на суд! Да мы за Ягусечку порвём душегубов! – скандировали пришедшие.

Лесная нечисть кряхтением и рычанием поддерживала лозунги деревенских.