Тёмные времена

Охотник молча достал из кошеля монеты и протянул хозяйке.

– Ужин прикажете сейчас подавать или позже? – поинтересовалась та.

– Позже, – и Хес, схватив послушника за рукав, буквально поволок его в выделенные им комнаты.

На этот раз Исэйас управился гораздо быстрее своего спутника и, спустившись вниз, был вынужден достаточно долго ждать, сглатывая слюну и принюхиваясь к ароматам, доносившимся из кухни. Когда Хес, наконец, соизволил явить всем свой светлый лик, мальчишка уже был ощутимо раздражен и зол.

Поглядев на перекошенное лицо паренька, охотник удивленно изогнул бровь, невозмутимо сел напротив, и к их столу незамедлительно принесли заказ, сделанный Исэйасом еще полчаса назад.

Хес, наблюдая за сосредоточенно жующим мальчишкой, хмурился. Ему здесь не просто не нравилось: интуиция вопила во все горло об опасности, но глаза упорно отказывались замечать хоть что-то подозрительное. Это не давало охотнику покоя. Как только они въехали в город, он почувствовал, как инородная и враждебная сила касается разума, словно изучает.

Измучившись состоянием неопределенности, мужчина наплевал на все предосторожности и вытащил из-за ворота рубашки амулет, осторожно сжимая его в руке и прищуривая блеснувшие серебром глаза.

И все вокруг изменилось. Уже не было аккуратного трактира – было заброшенное здание со сгнившими бревнами в стенах; разломанными и наваленными в хаотичном порядке столами; провалившимися на втором этаже полами и склизким налетом на треснутых рамах. Люди – а Хес точно видел, что это люди – были похожи на трупы, но к каждому из них тянулись тонкие ниточки паутины, опутывающие их наподобие марионеток.

Вот слегка натянулась почти прозрачная веревочка, и купец за соседним столом поднял голову и улыбнулся, что-то рассказывая таким же, как и он, товарищам.

Все окружающее было ничем иным, как искусно наведенной материальной иллюзией.

Хес вздрогнул, понимая, во что они умудрились вляпаться.

Исэйас удивленно взглянул на внезапно напрягшегося охотника:

– Ты чего? Что-то не так?

– Слушай меня внимательно, – голос Хеса буквально звенел от напряжения.

 – Сейчас поднимаешься к себе и сидишь там, никуда и ни с кем не выходя, пусть даже все

Семеро заявятся к тебе и пригласят в Небесные Чертоги.

– Хорошо, – послушно кивнул парень, нутром ощущая, что дела у них действительно неважнецкие.

– Возьми, – охотник неожиданно скрутил с пальца свой перстень со знаком Гильдии и передал послушнику. – Не снимай его, пока я не скажу.