Мертвое Сердце

Причесывалась она сугубо на ощупь, потому что некогда исключила из собственной жизни все отражающие поверхности, так как они запросто могли довести ее до безумия, до слепой полыхающей ярости.

После больницы Аманда била кулаком в каждое зеркало, которое только удавалось обнаружить. Сестры держали комнаты под замком, но для Аманды не существовало закрытых дверей. Она могла вскрыть любой из них – такой уж у нее был дар. И она врывалась в их комнаты, чтобы крушить, кромсать, топтать…. Аманда выжила все зеркала из дома, будь то маленькие дамские или огромные встроенные в шкаф.

Первой не выдержала Тара, за ней Синди, последней уехала Берта. Сейчас конечно эти времена прошли, их сменила тихая неприязнь к собственному отражению. Ни один мускул бы не дрогнул…. За сорок два года можно привыкнуть и не только к собственной роже. Хочешь-не хочешь, а жизнь заставляет….

В тех специальных заведениях, где довелось побывать Аманде, она насмотрелась и не такого. На что только не способны люди, когда им во что бы то ни стало, хочется верить в то, что их жизнь будет того же качества, что и раньше.

Аманда знавала двух парней без рук – у одного они были ампутированы выше локтей, а у другого отсутствовали кисти. Так вот первый писал, зажав ручку в зубах, и получившийся текст казался близким к каллиграфии. До своей аварии он работал учителем младших классов, и чистописание являлось для него очень важной штукой. А второй парень был домушником, так вот даже без рук он мог открыть любой замок, зажав отмычку в зубах. Не просто принять то, что твоя жизнь больше никогда не будет, как прежде. Аманда тоже первое время после пожара училась орудовать скальпелем левой рукой, хоть и знала, что в больницу ей путь заказан. Но продолжала переучиваться, это казалось таким важным. Как обезопаситься, когда чувствуешь себя столь уязвимой и слабой? Было две руки, стала одна. Было два глаза, остался один. А вдруг кто обидит? Вот Аманда и носила свой старый скальпель в дамской сумочке. И она смогла бы за себя постоять, просто шанс еще не представился. А ведь она пребывала в полной боеготовности… столько раз прокручивала эту сцену в голове, хоть и не слыла мечтателем, как те двое безруких идиотов. Учитель, явно забывший взять в расчет, что его нынешний внешний вид отвадит от школы как минимум с десяток маленьких детей. Домушник, который в дом-то влезет, а вот унести ничего не сможет…. Жизнь меняется и надо искать себя нового, а иначе она превратится в пустое ожидание смерти.