Элли и Звери

Потом успокаиваюсь, ожидаю, когда перестанут дрожать руки, торопливо умываюсь, окатываю себя холодной водой и выхожу.

Лена уже подсуетилась, на столе в гостиной чай и бутерброды. Я ем, пью, наслаждаясь горячим мятным вкусом.

Лена не выспрашивает. Она вообще потеряла недавний напор почему-то. Только смотрит внимательно, подталкивает мне то вазочку с конфетами, то домашние печенья.

Я наедаюсь и жду разговора.

Надо все рассказать. А потом найти в себе силы, собраться и уйти. И не думаю, что она будет меня задерживать, после того, как узнает, что я притащила за собой в их с Даней дом.

Пока я собираюсь с духом, Лена мягко гладит по плечу, обнимает. Просто так, без слов. И это дружеское объятие так нужно мне, так правильно, что я только выдыхаю с облегчением и прижимаюсь к ней.

– Ложись, отдохни. Я тебя укрою и пойду работать, – тихо говорит Лена, кивая на широкий диван. – А потом, когда в себя придешь, сама решишь, рассказывать, или нет. Ты прости. Я была бестактна.

В этом вся Лена.

Неизменно приятная, деликатная, спокойная. И такая душевная, такая родная.

Я не сопротивляюсь, иду к дивану, низкому и широкому. На нем свободно может уместиться четыре таких, как я. Лена укрывает пледом, мягким и пушистым.

Я хочу сказать спасибо, но не успеваю. Вырубает просто моментально.

И во сне в этот раз я не вижу никаких отвязных близнецов, с которыми так славно повеселилась прошлым горячим летом, ни долгой и муторной дороги до этого большого города в средней полосе страны.

Ни той твари, из-за которой я, собственно, здесь оказалась.

Нет, во сне я вижу маму. Она обнимает меня, гладит по голове и шепчет что-то о том, что Элли обязательно доберется по дороге из желтого кирпича до цели.

И потом попадет домой. Я верю маме. Она никогда не обманывала.

Я очень хочу домой.

Очень.

Глава 3

Вообще, странно, что я именно маму во сне увидела, а не бабу Шуру, например. Потому что ее-то я помню куда как лучше.

А мама…

Мама – это практически мираж.

Что-то далекое, что-то, словно не со мной происходящее.

Как, наверно, и вся та глупая ситуация, в которой я оказалась.

Я, пока добиралась до места на перекладных, успела переосмыслить свое положение, обдумать его. Понять, где я прокололась, как умудрилась так подставиться. Короче говоря, было у меня время. А вот ответа на вопросы не было. По всему выходило, что так попасть могла любая.

Но попала я.

Непонятно, почему.