Кошка, живущая на крыше

Тембр голоса низкий, очаровывающий. Ну все, по законам жанра, я должна растечься и сползти прямо под ноги в дорогущих имиджевых кроссовках. Смешно-то как, Господи! И что со мной не так?

– Вадим Петрович. Я понимаю ваши намерения, и мне очень приятно, что я… – Так, не передавливать, не обижать. Тебе с ним еще работать, а ему тебе еще деньги платить. – Но у меня четкое правило: не встречаться с заказчиками и не смешивать работу и удовольствие.

И добавила, пока Вадим Петрович открывал рот, чтоб обескуражить меня контрударом:

– И второе правило – не встречаться с женатыми мужчинами.

Красноречивый взгляд на след от кольца на безымянном. Ну как дети, ей Богу!

Так, а теперь легко попрощаться, улыбнуться и свалить на свою крышу, к своей собаке и своей, так удачно получившейся и зовущей меня к себе, кошке, которая гуляет сама по себе. Прямо, как я.

Дома, оценив масштаб разрухи, нанесенной одим маленьким, невероятно милым существом всего за три часа моего отсутствия, я начала понимать тех, кто избавился от Буси.

Хотя, вру. Такого я никогда не пойму. Но душу, конечно, отвела, убирая последствия разгрома.

– Ты чего там орешь, теть? – ехидно спросили из-за стены. – Мужик не удовлетворил? Не в настроении? А надо таблетки потому что начинать пить.

– Какие? – только и смогла выдавить я, потому что горло от гнева перехватило. Гад какой! Неужели видел, значит, как меня Вадим Петрович подвез и выгружал, и выводы свои мерзкие сделал! И откуда он, интересно, знает, как я выгляжу? Я-то его физиономию поганую и не знаю еще! И хорошо, что не знаю!

– От климакса, конечно! – и довольно заржал.

Я подпрыгнула на месте, закипев, как чайник, взгляд заметался по квартире, останавливаясь на все той же многострадальной железной тарелке.

И да, грохот получился шикарный.

– Сопляк!

А вот мой визг на ультразвуке вышел настолько некрасивым, что я сама чуть уши не зажала.

– Тетя! Лечись! – по слогам наставительно произнес соседский гад, и показательно врубил музыку.

На этот раз меня побаловали Раммштайном. Это был отдельный вид пытки, потому что я знала немецкий язык. И неплохо. И очень, просто очень пожалела об этом!

Буся подпрыгнула и внезапно завыла, подпевая солисту. Вполне себе мерзко. Я посмотрела на предательницу, покачала головой и ушла в ванну. Мыться и приводить нервы в порядок. И придумывать способы мести. Потому что оставлять это просто так уже было невозможно.