Любимая учительница

Как медведь, за кажущейся добродушностью прячущий звериное жестокое нутро и звериную же, дикую силу. Парень был явно южных кровей, темноволосый, небритый, улыбнулся белозубо Глебу и сразу стал смотреться гораздо моложе. Есть такая особенность у южных мужчин, с подросткового возраста они начинают выглядеть старше своих сверстников.

Глеб коротко что-то сказал ему, кивнул на меня, стоящую на крыльце с телефоном в руках. Я как раз думала, что, может, вызвать такси, или попробовать наземный общественный транспорт? Очень уж не хотелось спускаться в метро.

Парень обернулся на меня и замер, глядя так пристально, что я почувствовала себя неуютно. Поежилась, отчего-то напрягаясь и, решив рискнуть, направилась к станции метро, спиной ощущая неотступные взгляды.

Они гармонично смотрелись рядом, эти парни.

Глеб – сухая, жилистая сосна, которую не согнешь, не сломаешь, и его приятель – крепкий кряжистый дуб, еще молодой, но уже отвоевавший себе пространство своей необъятной кроной.

Внешне порывистый, но жесткий волк и внешне мягкий, но невозможно опасный в своей непредсказуемости медведь.

И моя идиотская филологическая привычка мыслить ассоциациями…

Парни как парни, ничего особенного. Мои студенты. С которыми мне еще год время от времени общаться.

– Татьяна Викторовна! – знакомый голос окликнул меня уже у перехода.

Я оглянулась. Ну вот он, знакомый джип и двое парней на переднем сиденье.

Глеб выскочил из машины и подошел ко мне.

– Здравствуйте! Вас подвезти, может?

Ой, а чего это мы на вы? А как же " садись ко мне на колени, вкусная"?

– Нет, спасибо, я на метро.

Вот уж чего я точно делать не буду, так это в машину садиться. Особенно, когда ее водитель того и гляди на мне дырку проглядит своими жгучими южными глазами.

– Да ладно вам, час пик же. А нам все равно делать нечего, – продолжал уговаривать Глеб, и руки его несколько раз отчетливо дернулись в мою сторону, словно хотел, как в первый раз, за локоть прихватить и сломить сопротивление.

Я, поборов инстинктивное желание встать подальше, а то и вообще побежать прочь, стояла, спокойно глядя в серые серьезные глаза, и никуда не собиралась двигаться. Уж точно, не в их сторону.

– Спасибо, мне так привычней. А у вас, если мне не изменяет память, по крайней мере по моему предмету есть домашнее задание. Это к вопросу о том, что делать нечего. До свидания, Глеб.

Развернулась и пошла, стараясь не вилять бедрами.