Лапочка для Демона

И, если все будет по-прежнему, вызову врача, чтоб тебя в больницу положили! Ты одна совсем, я переживаю…

– Да не надо!

Голос срывается, еще немного, и в трубку расплачусь!

Звонок дверь.

Я сижу в прихожей на полу, трясусь уже третий день. К двери не подхожу.

– Ириска открой, это мой агент пришёл, – просит подруга в трубку.

Медленно поднимаюсь на ноги, опасливо смотрю в глазок. Стоит представительный молодой человек в сером пальто.

Я ему открываю, но цепочку оставляю.

Он называет своё имя, в этот момент говорит Лада в трубку.

Для них двоих наигранно кашляю.

– Пожалуйста, можно через месяц. Или через неделю, – я их умоляю.

Я не хочу никого впутывать в свои проблемы. Эта кошмарная ситуация останется со мной. Я вляпалась, мне и вылезать.

– Позвоните, как только почувствуете себя легче, – просит агент, пихает в щёлку между дверью и косяком визитную карточку.

Сразу же прощаюсь с Элей, потому что сил разговаривать больше нет.

Остаюсь одна.

Опять сажусь на пол в прихожей. В комнату можно не ходить, смысла никакого.

Подожду здесь, они скоро вернутся.

Они не отстанут.

За семьсот тысяч и те проценты, что успели накапать за месяц, они меня в бараний рог скрутят и на блины раскатают.

Ударяюсь затылком в стену изо всех сил, так, что слезы выступают.

Больно. Но в голове вообще не проясняется, решения у ситуации нет никакого.

Господи, что делать теперь?

Как я вообще умудрилась так влететь?

Мне, наверно, нельзя быть одной.

Я, похоже,  полная дура. А если не дура,  то совершенно невезучая. Может, меня сглазили? Может, прокляли? Ну, там…  Соседка, например, которая у мамы нашего папу увела. Она же ненавидела нас. Или, может,  в университете кто позавидовал, я вроде симпатичная. Девчонки смотрели косо, и училась я неплохо.

Иначе  не могу объяснить, откуда такое катастрофическое невезение в жизни.

Причем, не так давно началось.

Сначала связалась с Андреем… Скотом, бросившим меня ради богатой старухи.

Это сейчас я понимаю, что была идиоткой, а тогда…

Любовь, первая, красивая. Андрей умел ухаживать, а я не умела замечать очевидных вещей…

«Зачем тебе эта развалюшка, – говорил он, – все равно даже толком сдать ее не можешь… А я сразу отдам, вот куплю тачку, и заживем… Квартиру возьмем, поженимся летом, я как раз заработаю…»

Я смотрела в его глаза и верила, дура очарованная.