Ну привет, заучка…

За их отношения поруганные.

И за себя, дурочку, болеющую за тех, кто, очевидно, в этом не нуждался. А я болела. Потому что никак в моей голове не складывался паззл. Не рождалось понимание, как одновременно человек может быть настолько добрый, смелый, открытый, способный моментально прийти на выручку постороннему. И в то же время так вот, без видимых угрызений совести изменяющий своему, казалось бы, любимому. Никак не получалось воедино сложить эти две половинки. Так и ехала, наблюдая с заднего сиденья за беседой людей, которых никогда не заподозришь в нечестном отношении друг к другу.

А потом мы приехали в университет, и я застыла от ужаса, потому что от крыльца в нашу сторону двинулись две высокие крепкие фигуры… Те самые парни, с которыми ушла в подъезд Татьяна Викторовна. И лица у них были… Пугающие. И движения, и сами позы настолько давящими, что я поняла, что прямо сейчас тут будет… Ужас, что будет! Парни подошли, историк обнял свою невесту, вопросительно и спокойно глядя на двоих пугающих парней, лица их синхронно напряглись… Татьяна Викторовна, судя по всему, ошарашенная происходящим, никак не могла даже сказать что-то, чтоб остановить это, еще не начавшееся, но уже назревающее безумие…

И, по-хорошему, теперь бы надо мне уходить.

Но я не могла бросить Татьяну Викторовну, хотя она, своим неосторожным поведением это все, может, и заслужила. Только не сейчас. Только не в такой ситуации.

– Татьяна Викторовна, а первая пара ваша у нас будет? – я спросила первое, что пришло в голову, только бы лишь разрядить обстановку, сместить градус.

И, судя по тому, как парни одновременно посмотрели на меня, а потом опять на свою учительницу, уже с легким осознанием ситуации, мне это удалось.

Такого благодарного взгляда, каким наградила меня Татьяна Викторовна, я еще ни у кого не видела. Она что-то ответила, отправляя меня на кафедру, а сама осталась разбираться со своими мужчинами. И я видела, что она пришла в себя, благодаря секундной передышке, что я ей подарила, и теперь вполне готова.

Ну, а уж в том, что она разберется, я не сомневалась.

Поэтому спокойно пошла в здание, не оглядываясь больше.

И, унимая запоздалую дрожь волнения от чуть было не случившейся ситуации, проморгала появление Алиева возле меня. И не успела среагировать, когда он как-то очень легко, изящно и незаметно, толкнул меня к окну с широким подоконником в рекреации.