Поймать балерину

Кажется, Даниэль что-то шептал, утешающее, когда целовал ее, упиваясь вкусом кожи,  сладким подрагиванием нежного тела под собой. Кажется, он даже пытался сдержаться, не делать больно. Легран не хотел делать ей больно…

Но остановиться не смог.

Разве можно остановиться, не забрать себе такое чудо, неизвестно как оказавшееся в этой дыре?

Нельзя.

Кто-то другой, наверно, смог бы. Перед кем-то другим были бы миллионы «нет». Она замужем, она принадлежит другому.

Перед Диким Даниэлем не стояло ни одного из этих «нет».

Он всегда брал то, что хотел, никого не спрашивая.

Иначе его бы не назвали так, как назвали.

В тот вечер он увел свою добычу, свою голубую бабочку за собой. Сразу в особняк, чтоб наверняка. Чтоб никто не посмел смотреть, даже думать про нее.

Мнение самой Аннет по этому вопросу его не волновало. Женщина рождена, чтоб подчиняться мужчине, своему мужчине, а не танцевать в низкосортных кабаках.

Его бабочка будет радовать только его.

Все остальное – несущественно.

Конечно, она была не особенно довольна, и даже пару раз попыталась убежать… Но потом быстро смирилась.

Даниэль знал, что так и будет. Надо было только чуть-чуть подождать.

Скоро его бабочка должна была забеременеть, родить ему детей. И тогда ни о каких побегах бы речи уже не шло. Он серьезно работал над этой задачей.

По ночам, лежа с ней в постели, обнимая ее, все еще вздрагивавшую от недавнего удовольствия, он думал о том, что пора уже завязывать с кровавым промыслом, что он уже целый год занимается правильным вложением средств, и скоро совсем перестанет быть Диким Даниэлем. А станет почтенным буржуа , Даниэлем Леграном, совладельцем нескольких банков, больших магазинов, автомобильного завода. У него будут наемные служащие, контора в центре Парижа… И у него будет особняк, тоже в центре, например, на Елисейских полях… И его бабочка будет выходить в свет в самых шикарных платьях.

Мог ли об этом мечтать тот оборванец, умиравший от голода на парижской мостовой?

Или тот мальчик, напуганный страшными рассказами бабки?

У него, нынешнего Даниэля Леграна, все складывалось, как в той сказке. Вот только конец у нее счастливый.