Поймать балерину

– Но это же… Даниэль… Месье Легран… – долетел до Даниэля испуганный умоляющий голос толстяка, – здесь же все мое… Но это же больше, чем я занимал!

– Это проценты за потраченное время, когда пришлось тебя искать, и за твое неуважение, – не поворачиваясь и не останавливаясь, ответил Легран.

– Но я же останусь нищим!

– Зато живым, – засмеялся Мартин, аккуратно придерживая папку с документами, – месье Легран – очень великодушный человек! Добрый! Не то, что Дикий Даниэль! Подписывай давай!

Легран сел в машину, не слушая больше стенаний толстяка.

Сегодня он стал богаче на один банк и два особняка в пригороде Парижа. Это завершающий штрих в его построении своего честного имени.

Никто больше не посмеет назвать его в лицо Диким Даниэлем. Никто не посмеет вспомнить его кровавое прошлое.

А кто посмеет… Ну что ж,  места на кладбищах Парижа много. Всем найдется уголок.

Он прислушался к себе, выискивая хотя бы чуть-чуть удовлетворения. Он шел к этому дню два года.

Должен радоваться.

Но никакой радости, никакого удовольствия не было.

Только безразличие, холодный просчет дальнейших действий, в котором участвовала голова, но не затрагивалось сердце.

Он знал, что будет делать дальше.

То, что сейчас он заполучил в единоличное правление один из тройки самых солидных и респектабельных банков Франции, лишь первый шаг.

Необходимо утвердиться в этом положении, необходимо войти в те круги, куда еще пару лет назад путь посторонним был заказан.

Но научно-технический прогресс не стоит на месте, и такие, как он, выскочки из низов с темным прошлым и сумрачным настоящим, сейчас вполне могут вырваться наверх, потеснив всех этих напыщенных буржуа, свято уверенных в своем завтрашнем дне.

Они привыкли к сытости и потеряли осторожность. Они не любят рисковать и предпочитают проверенные способы зарабатывания денег.

Они еще не понимают, насколько зубастыми и беспощадными могут быть те, кто видел в своей жизни лишь голод, холод и кровь.

Будет слишком поздно, когда поймут.

Хлопнули дверцы машины, рядом с ним сел Мартин, с довольной улыбкой передал подписанные документы.

– Он там обделался от страха.

– Ничего, – равнодушно ответил Даниэль, просматривая бумаги, – дорога до Парижа длинная. Пока дойдет, высохнет.

Мартин коротко рассмеялся, приказал водителю трогать.