Пристроить шпиона

Я только облизнулась, не умея оторваться от него, настолько противоположного сейчас всем хамским словам, настолько выдающего его истинные эмоции, что даже колени дрогнули от осознания: он меня хочет. Он так сильно меня хочет, что еле сдерживается, прячась за привычной грубостью!

Я не смогла больше ничего сказать, даже обосновать свое поведение не смогла. Да и не требовалось. Пусть в его глазах я буду… Ну, кем угодно, на самом деле. Неважно. Все сейчас неважно, кроме нас двоих, запертых в заполненной паром ванной.

Я скользнула по мокрому, горячему телу вниз. На колени.

Потому что мне в тот момент так хотелось. До боли и жажды.

Его член, большой, ровный, красивый такой, уже вовсю стоял, полностью выдавая настроение своего хозяина. Даже если бы я не видела взгляд, все стало бы понятно по тому, что творится ниже экватора.

Я втянула ноздрями дурманящий, такой мужской запах и мягко провела языком от основания к головке. Мышцы крепкого, рельефного живота беззащитно дрогнули, взгляд сверху стал черным и острым, а на затылок мне легла широкая ладонь…

Ему понравилось! Явно понравилось!

Не то, чтоб я была специалистом в минете, скорее нет, чем да, но сейчас вообще ни о чем не думала.

Я не стала отказывать себе в удовольствии.

Гладкий ствол был невероятно приятным на языке, скользнул так легко, словно мы уже много-много раз этим занимались и успели изучить друг друга полностью.

Леша вверху выдохнул какое-то затейливое ругательство, сжал волосы на моем затылке, но мне было плевать в этот момент на все. Я позволила подтолкнуть еще ближе, чтоб полностью заполнить себя, а затем мягко сглотнула…

– Черт! Принцеска… – захрипел Лешка, – я же так кончу сейчас.

Я чуть отстранилась… А затем задвигалась, набирая нужный темп.

И Лешка больше ничего не смог сказать. Только стонал, матерился и лупил кулаком по кафелю. Его пальцы, зарывшиеся в волосы на моем затылке, сжимались, когда я заглатывала глубже и непроизвольно подталкивали еще ближе… Это было невероятно.

Внутри меня словно воронка разворачивалась, дикая, безумная, его удовольствие плавно перетекало в мое, било тупыми спазмами в низ живота, и, не выдержав, я начала гладить себя пальцами.