«Три звезды» для стюардессы

Дико искать понимания там, куда люди ходят развлекаться, а не напрягаться.

Неудивительно, что я его и не нашла.

Вообще ничего не нашла.

Вышла, пошатываясь, села в такси и доехала до дома.

Во двор, как всегда, было не проехать, полно припаркованных машин, а потому водитель высадил меня с торца здания.

И я потопала, покачиваясь на высоченных каблуках, по темному двору.

Достала ключи, уронила, нагнулась поднять, не нашла, чертыхаясь, начала светить себе фонариком в телефоне.

– Вот, лисичка, возьми, – неожиданно раздался сбоку от меня хриплый голос.

Я испугалась, выронила телефон, да еще и, как назло, фонарем вниз, зашарила по земле. Но летний асфальт был горяч и пуст.

Рядом ощутила движение, звяканье чего-то стеклянного, а затем мне в руку сунули сначала мой телефон с включенным фонариком, а затем и ключи.

Я растерянно выпрямилась, пошатнулась, жесткие пальцы крепко ухватили меня за талию, удерживая на месте.

От держащего меня мужчины, лица которого я не могла разглядеть в темноте, пахло спиртным.

А еще – чем-то горьковато-приятным. Похожим на дорогой парфюм, настолько дорогой, что не опознается с первых нот, потому что грамотно смешивается с естественным ароматом своего носителя и трансформируется во что-то индивидуальное.

– Ну чего ж ты падаешь, лисичка… – пробормотал мужчина, судя по голосу, усмехаясь. Близко. Так близко, что меня бы это напрягло. Раньше. Это даже не учитывая, что рук от талии он так и не убрал.

Но, наверно, мое расхристанное состояние наложило свой отпечаток на мозг, потому что я не напрягалась.

Вообще.

Стояла, смотрела в темное лицо случайного помощника, ощущала его руки на талии, его дыхание на своих губах. Он был чуть-чуть выше меня, и это с учетом двенадцатисантиметровой шпильки.

А, значит, примерно метр семьдесят, семьдесят пять.

Средний рост. И средний, судя по голосу, возраст.

Что он тут делает летней ночью? Во дворе обычной хрущевки?

– Спасибо… – выдохнула я ему в губы, думая, как поступить.

Надо же высвободиться… А то как-то странно. Даже лица его не вижу толком, только глаза по-волчьи отблёскивают… Не страшно. Волнительно.

– Да не за что, лисичка… Удержишься теперь?

Большие пальцы рук мягко погладили по талии, так, что даже через платье почувствовала.

– Да…

– Ну хорошо.

Ладони, чуть задержавшись, словно сожалея, скользнули вниз… И убрались.

Я стояла, совершенно растерянная, думая, что, наверно, надо уходить.