Убить журналиста

– У вас удивительная логика, – вмешалась в разговор психолог.

– Логика у меня нормальная, – обиделся гость столицы. – Я ведь не просто так спрашивал, кто он такой, а для того, чтобы узнать, где расположен «тупик Чубайса». Если он художник, то я открываю белый блокнот, если музыкант – серый, а если писатель, то красный.

– Чубайс и его четыре подельника Максим Бойко, Александр Казаков, Альфред Кох, Пётр Мостовой в конце 1997 года получили авансом по 90 тыс. долларов каждый от издательской фирмы за ещё не написанную книгу «История российской приватизации», – сообщила водителю Самойлова.

– Это ж какие деньги платят писателям!? – изумился таксист, умножая вслух гонорары соавторов «Истории приватизации» на цифру пять. – 450 тысяч долларов получилось. Да я за свою жизнь столько денег не заработаю.

– Какой он писатель? – возмутился Маркус Крыми. – Самый обыкновенный жу…

Но произнести слово до конца не смог из-за приступа кашля.

«И чего это на меня кашель напал? – мысленно удивился писатель.

 – Может, аллергия на Чубайса и его подельников?».

«Это не аллергия, – успокоил его внутренний голос. – Просто Вера даты перепутала. Она рассказала о том, что будет в девяносто седьмом году, а до этого года доживут не все из тех, кто едет в этой машине».

После этих слов кашель тут же исчез. Пассажир посмотрел на тюбетейку московского таксиста.

– Ты напрасно его оскорбить хотел, – как ни в чем не бывало, продолжил водитель. – Чубайс очень большой писатель, раз получил такие большие деньги за еще не написанную книгу.

И теперь я знаю, где искать этот тупик Чубайса. Он в красном блокноте. Там у меня все улицы и памятники писателям есть. Открываю слова на букву «Че» – Чехов, Чаадаев, Чуковский. А вот вашего Чубайса тут нет. И что будем делать?

– Дописывать в блокнот, – улыбнулась Вера. Ей нравилось подкалывать малограмотного шофера из Узбекистана.

– Дописать-то можно, только вначале его найти нужно. Вот сейчас бабку на остановке спрошу про этого Чубайса, она старая, должна знать, где эта улица, где этот дом.

Водитель остановил такси, подошел к женщине и что-то долго ей говорил, размахивая руками. А когда вернулся, сообщил, что тупик Чубайса находится сразу за светофором.

– Бабка его совсем не любит, – покачал головой водитель. – Просто бешенный стал, как фамилию Чубайс услышал. А мне такие, как Чубайс, наоборот, нравятся.

– Чем они нравятся? – спросила Вера.