Римская карусель. Первая книга цикла «Время орбинавтов»

Он и сейчас, глядя на эту мраморную неподвижность статуи, на равномерную белизну лица и шеи, на золотистые волосы, никогда не бывавшие растрепанными, как у обычных спящих людей, решил бы, тщетно выискивая признаки дыхания, что девушка только что умерла. Он несомненно именно так бы и подумал, если бы ему не доводилось многократно наблюдать ее пробуждения.

Риккардо осторожно отвел локон девушки, лежащий на виске, склонился и на мгновение прильнул к виску губами, в который раз надеясь почувствовать нежный аромат и, как всегда, обманываясь в своих ожиданиях.

Кожа девушки ничем не пахла и была ледяной, как у лягушки.

Устыдившись своих действий, молодой цирюльник резко выпрямился на табурете, случайно задев одеяло, накрывавшее Безымянную. Край его сбился в сторону, приоткрыв серую грубую ночную рубашку. Риккардо поправил одеяло, подоткнув его под плечи девушки, как будто она могла замерзнуть.

Тогда, восемь лет, назад испуганный мальчик спросил отца, откуда у них в доме взялась эта девушка.

Витторио Понти сказал, что точного ответа не знал даже его собственный дед, прадед Риккардо.

– Она здесь так давно! Сколько же ей лет?! – ахнул маленький Риккардо.

– Не меньше двухсот…, – отец говорил тихим голосом, словно их разговоры могли разбудить Безымянную. – Даже твой прадед не знал, когда она впервые у нас появилась. Никому неизвестно, кто она такая, где она родилась, как сюда попала. Мы только знаем, что это страшная ведьма, и от нее исходит опасность для всех.

Да и как бы она могла не стареть столько лет, если бы не была колдуньей? На нашу семью возложена очень важная миссия: мы должны следить за тем, чтобы она продолжала спать. Иначе в мире появится много горя.

– Разве она может проснуться? – мальчик во все глаза смотрел на лежащую на кровати рыжеволосую девушку, не в силах поверить, что она воплощение зла, и что ей больше двухсот лет. Выглядела спящая лет на девятнадцать-двадцать.

Витторио рассказал сыну, что Безымянная просыпается каждый месяц, в ночь полнолуния.

Она не может сразу придти в себя, не понимает, где находится, не помнит даже собственного имени.

– Ей очень хочется пить, и в этот момент ей надо дать вот эту настойку, – отец показал Риккардо пузырек с рубиновой жидкостью из сушеных трав и цветов, рецепт которой хранился в семье с незапамятных времен. – Выпив ее, колдунья снова засыпает до следующего полнолуния.