À la vie, à la mort, или Убийство дикой розы

На сцене с возбуждающе агрессивной энергией заиграла новая композиция, и худой размалеванный в косметике вокалист с обнаженным торсом в свечении красных огней и вправду напоминал летучую мышь, даже издавая соответствующие ей писклявые звуки.

– Может быть, прогуляемся? – как бы невзначай предложил я. Ада охотно кивнула, словно ждала повода, чтобы сбежать из этого шумного места, и мы направились к выходу.

В дверях меня кто-то окликнул. С виду элегантный мужчина в черно-белом костюме, поверх которого был напялен макинтош с приподнятым воротником.

Типичный денди, которому в стылой повседневности не достает байроновской романтики. Но как его сюда занесло?

– Тейт Брукс! – провозгласил он, горячо обрадовавшись. – Человек, который продал душу дьяволу.

– Моя душа не принадлежит никому, – с резкой неприязнью ответил я.

Незнакомец манерно рассмеялся. У него была белая кожа, низко посаженные брови и пронзительные паучье-серые глаза, отчего взгляд напоминал расчетливый маневр хищника.

Он не был одним из тех несчастных, на кого больно смотреть с их нелепой попыткой путем гардероба выдать себя за кого-то другого. В этом человеке было что-то отталкивающе притягательное. В опущенной левой руке у него дымилась сигарета. Казалось, с моим появлением он совсем про нее забыл.

– Как поживает ваша новая книга? – любезно поинтересовался он. – Прочитаете первые главы романа?

– А я пишу?

Он искоса бросил взгляд в сторону стойки, за которой работал Винсент, и тогда мне стало все ясно.

Какое трепло.

– Вы часто напиваетесь, рассказываете всем кому не лень о том, что пишете. О том, что у вас есть идеи и сюжет, которому необходимо вдохновение.

Значит, Винсент все-таки не трепло. Трепло – я. Проклятый пьяница.

– Оу! – внезапно с беспокойством воскликнул незнакомец, возможно, увидев растерянность на моем лице. – Прошу прощения, я не представился, какой кретин! Джулиано Мерц – литератор и переводчик небольшого издательства «Weird Things».

Мне было бы очень любопытно ознакомиться с вашим творчеством, мистер Брукс.

– У меня еще ничего нет. Думаю над структурой романа.

Незнакомец внезапно перевел взгляд на Аделаиду, словно только сейчас заметил ее присутствие. Она робко держалась в стороне, явно испытывая не комфортные ощущения рядом с этим мужчиной.

– У вас такая прелестная спутница, – проворковал он, улыбаясь уголками губ. – Ставлю сто баксов она станет музой для вашей будущей книги.