Вынужденная посадка

Я не успел ничего понять. И лишь позже стало казаться, что понял: двойным сполохом мелькнула передо мной, без подробностей, сверкающая судьба каждого из двоих.

Пролог-2. Штурман Ярослав Нестеров

Грузопассажирский планетолёт экстра-класса «Владимир Джанибеков», могучий транспортник, имеет каркасно-модульную конструкцию. В рейсе может нести до пятнадцати огромных грузовых модулей, удерживаемых секциями внешнего каркаса; в отсутствие груза каркас складывается и прижимается к бортам.

Планетолёт может совершать посадки и взлёты с небесных тел массой в пределах Луны, Ганимеда, Плутона.

Когда я появился в его экипаже, командир корабля сказал штурману:

– Ты, Юра, за три месяца натаскай его, как… как себя! Я же знаю, ты через три месяца уходишь к Олегу Фёдорову.

Юра Зорин озорно улыбнулся.

– Я хоть и не соцтехнолог, но воспитаю по высшему классу! Семь потов выгоню! Не возражаешь, стажёр?

– Нет, – ответил я.

 – Наоборот…

Космонавтов, очень разных парней, роднили две заметные черты: доброжелательность и надёжность. На них можно было положиться. До сих пор я знал только командира. Но на «Джанибекове» все – и Юра, и второй пилот Володя Кузнецов, и бортинженер Валера Соболев – приняли меня, как давнишнего приятеля.

Юрий заставлял делать всё то же, что делал сам: определять местонахождение корабля и направление движения, прокладывать курс, рассчитывать время, баланс масс, расход рабочего тела, режимы полёта… Ко всему этому наставник добавлял множество учебных упражнений – как говорил, для общего развития.

Скучать было совершенно некогда. Я научился уверенно работать с ТШ-11 – телескопом штурмана, ВН-Е – навигационным вычислителем Емонакова и прочими электронными помощниками. Пришлось забыть представление о телескопе как о массивной трубе, выглядывающей из поворотной башенки. ТШ-11 походил на обыкновенный компьютер, только с «навороченным» монитором, с обилием координатных сеток на экране.

Иногда Юра принимался гонять меня вдоль и поперёк по таблице интегралов. Я ворчал:

– Ты ещё по таблице умножения погоняй…

– Будет настроение – и погоняю, – хладнокровно ответствовал штурман. – Учителей, Слава, не обсуждают.

Впрочем, методистом он был неплохим, учил понятно и последовательно. И никогда не раздражался.