Бездна

Город стал похож на уродливый лабиринт, и с каждым пройденным поворотом я боялся увидеть перед собой минотавра, готовящегося разорвать меня куски.

Однако вместо него я увидел то, отчего уже успел отвыкнуть.

Жнец был здесь. Даже двое. Я увидел их ещё за пятьдесят метров от себя, дальше по улице. Два огромных чёрных силуэта с горящими глазами сидели на крышах по разным сторонам дороги и пристально смотрели вниз, на трёх стариков, греющихся у импровизированного костра, сделанного из того, что осталось от города. Я приближался, но монстры не обращали на меня никакого внимания, казалось, их интересовали только те трое, что прогревали свои продрогшие на морозном воздухе тела, закутанные в не раз залатанные пальто и шинели.

Я поравнялся с ними и замедлил шаг. Остановился, чтобы закурить, и уже вновь хотел пойти, но что-то меня удержало. Какое-то странное чувство, мешающее бросить их в неведении.

– Чёрт, – выругался я и быстрым шагом подошёл к ним, понимая, какую ошибку совершаю.

Они посмотрели на меня с таким презрением, с каким бедняки смотрят на богачей, то есть с завистью и подавленной ненавистью.

– Сегодня ночью двое из вас умрут, – быстро сказал я и отошёл от них, скрывшись во тьме. Только спустя несколько десятков метров я осознал, что сделал. Мне казалось, что этот поступок станет одним из самых глупых в моей жизни. Кто знает, как они должны были умереть и как умрут теперь. Мне, конечно, не хотелось брать на себя такую ответственность, но время назад не идёт, а поэтому я потащу этот груз на себе, ещё один булыжник, упавший на мои уже не выдерживающие плечи.

Кое-как я вернулся в свой район. Я узнал свою улицу по кафе и яркому свету, льющемуся из панорамных окон. Внутри сидело много людей, все они что-то обсуждали, смеялись, делали вид будто ничего в этом мире никогда не меняется. Нет, я не ненавидел их. Мне было их жаль, и одновременно завидно, потому что им выпала доля обычных людей, которым не приходится сталкиваться с чем-то, с чем априори столкнуться не могут.

Я не хотел, чтобы меня преследовали Жнецы. Даже если они охотятся на всех остальных, даже если эти люди мне незнакомы, даже если мне бы хотелось, чтобы какой-либо человек умер, то я всё равно желал бы отказаться от этого тягостного дара.

Ночью мне совсем не спалось. Я встал, достал из-под кровати заранее припасенную бутылку дешёвого виски, выудил из старого платяного шкафа рюмку, налил. Выпил. Ещё налил. Ещё выпил.