Вороний народ

Чьи-то каблуки постукивали по булыжникам, приближаясь.

Только сегодня на второй пост доставили листовку под названием «Когда придут захватчики», и Берти забил голову Фэй рассказами о немецких десантниках, падающих с неба, чтобы подло атаковать пулеметами и гранатами. Сердце Фэй застучало в ушах, и она пожалела, что под рукой нет дробовика Морриса Маршалла или старого мушкетона Гарри Ньютона. Сгодилась бы даже метла.

– Кто идет? – крикнул мистер Пейн. Ответа не последовало. Фэй видела, как он сжал кулаки, когда позвал снова.

 – Кто идет?

Шаги становились все ближе и ближе.

6

Короткая встреча

Филомена Тич пробиралась сквозь полночный мрак леса. Большинство людей испугались бы гнетущей темноты, но ей здесь нечего было бояться. Лес – ее давний друг. Существовали только ей ведомые тропы, и теперь она шла по одной из них в деревню.

Столкновение с Шарлоттой заставило кровь миссис Тич вскипеть. Отчитывала ее за нарушение правил, будто Филомена какая-то непослушная школьница. Да как она посмела, в самом деле! Миссис Тич собиралась раскрыть Шарлотте правду, но эта высокомерная корова ясно дала понять, что помощь ей не требуется, так что пусть катится куда подальше.

Тем не менее если Шарлотта права насчет потустороннего вторжения… не стоило об этом и думать. Никто в здравом уме не осмелится открыть дверь кому-нибудь – чему-нибудь – по ту сторону. Собственный маленький казус миссис Тич произошел совершенно случайно, и она сразу же приняла меры, дабы исправить свою ошибку.

Тропинка вела к опушке леса, где деревья располагались на почтительном расстоянии друг от друга, скалы уходили в море, а небо и вода сливались в безмолвную завесу тьмы. Далеко внизу волны с шипением накатывали на галечные пляжи. Меловая дорожка дыбилась ухабами, и миссис Тич приходилось внимательно смотреть под ноги, пока она шла к Гиббет-лейн. Известь сменилась тропой, а затем дорогой, вымощенной булыжником. Каблуки Филомены цокали по камню.

Она не виновата во вторжении.

Не имеет к нему никакого отношения. Да, однажды она поступила неправильно, но причиной тому послужили траур и любовь. В ее действиях отсутствовал злой умысел. Ей известно, что она нарушила правила, но они были несправедливы, и она все еще горевала, желая только…

– Кто идет? – проревел голос из темноты.

– Матерь божья, – миссис Тич схватилась за грудь. Очнувшись от гневного оцепенения, она обнаружила, что покинула пределы леса и оказалась в конце Гиббет-лейн.