Приключения Тома Сойера (адаптированный пересказ)

Мистер Уолтерс тоже выделывался изо всех сил, проявляя необыкновенную распорядительность и расторопность, отдавая советы и приказания всем окружающим. Библиотекарь выделывался, бегая взад и вперед с охапками книг и производя много ненужного шуму. Молоденькие учительницы выделывались по-своему, ласково склоняясь над учениками, которых только что драли за уши, грозили пальчиком маленьким шалунам и картинно гладили по головке послушных тихонь. Молодые учителя выделывались, строго выговаривая ученикам и на все лады внедряя железную дисциплину.

Почти всем преподавателям неожиданно что-то понадобилось в большом стенном шкафу, который стоял на виду, у кафедры, рядом с которой, греясь в лучах своей славы, на возвышении восседал великий судья Тэтчер, также выделываясь на свой лад.

Словом, школа показала себя высокому гостю во всей красе. Одного только не хватало мистеру Уолтерсу для полного счастья: возможности вручить наградную Библию и похвастать перед судьей каким-нибудь выдающимся лауреатом. Напрасно директор обводил взглядом, исполненным надежды, своих лучших учеников.

Ни у кого не оказалось достаточного количества билетиков.

В ту минуту, когда надежда окончательно покинула мистера Уолтерса, вперед выступил Том Сойер. Он предъявил девять желтых билетиков, девять красных и десять синих и потребовал себе Библию. Это был гром среди ясного неба. Директор смутно угадывал в происходящем подвох, но делать было нечего. Тома пригласили на возвышение, где сидели судья и другие почетные гости, и мистер Уолтерс во всеуслышание провозгласил радостную новость.

Стоять рядом с великим человеком было само по себе потрясающе, таким образом на Тома вместо одной славы сразу как бы обрушилось целых две. Всех мальчиков терзала безумная зависть, а больше других страдали те, кто слишком поздно понял, что сам способствовал стремительному взлету Тома Сойера, ненавистного выскочки. По меньшей мере половина мальчиков из присутствующих в зале меняли ему билетики на те богатства, которые сами же отдали ему за право белить забор.

Мистер Уолтерс вручил Тому Библию с такой прочувствованной речью, какую только мог выжать из себя при создавшихся обстоятельствах. Эмми Лоуренс и гордилась, и радовалась, и старалась, чтобы Том это заметил по ее лицу, но он не глядел на нее. Это показалось девочке странным, в сердце ее проснулась ревность, она стала смотреть по сторонам, ища причину его внезапной холодности, и слезы заблестели у бедняжки на ресницах.