Глеб, отпусти!

 – Жила ж ты где-то до тех пор, как Глеб тебя приволок? Вот туда и иди!

Она подтолкнула меня к двери всем телом и продолжила снимать наволочки с подушек, ворча:

– Каждую неделю вас, шалав, выпроваживаю, а вы все надеетесь на что-то! Липнут шлюхи как банный лист! Были б нормальными девками, он бы сам за вами бегал, а не вы на нем висли! Да где ж там! Все думаете пизда-кормилица вас до конца жизни греть будет.

Я не выдержала:

– Вы вообще кто?!

– Домработница я его! – Ответствовала женщина. – А ты подстилка!

Мое терпение и смирение просто истощилось.

Гордость поднялась к горлу, я захлебнулась ею. Пусть меня и продают как вещь! Но если один человек владеет мной и может делать, что хочет, это не значит, что унижать может кто угодно!

***

– Вот раз домработница, – отчеканила я звенящим голосом. – То вам вряд ли платят за ваше мнение о подстилках Глеба! Делайте свою работу молча, а то ведь не только шалавы могут отсюда вылететь!

Распахнула дверь и ушла, вскинув голову как можно выше.

Пусть мне за это влетит потом. Пусть я не права и она может высказываться, но в тот момент я должна была вернуть себе достоинство!

Слава богу, она была одна, больше никто не пришел. Но ходить голой по квартире, ключи от которой есть у всех подряд было слишком некомфортно. Я пробежалась по всем комнатам, но повезло мне только в гостиной, где стоял тренажер со штангой, а на ней валялась несвежая майка Глеба. Я быстро натянула ее на себя, и она укрыла меня чуть ли не до колен, гораздо лучше давешнего платья.

Запах пота, как ни странно, не был неприятным. Он мешался с естественным запахом Глеба и ароматом его одеколона и я даже зависла на секундочку, уткнувшись носом себе в плечо. Пахло опасным мужчиной, напоминало о вчерашнем, но сам по себе запах даже нравился.

Я не успела обдумать эту мысль, потому что вдруг со стеллажа заиграла мелодия. Аккуратно приблизившись, я увидела, что это был городской телефон, стоявший на базе. Он звонил и звонил, а я тут кто? Не хозяйка же. Не подходить же теперь.

Может, надо домработнице сказать?

Но как я туда приду растерянная и с трубкой. И я решила, пусть звонит.

Однако он не унимался и после паузы заиграл опять, словно кто-то точно знал, что люди дома есть и добивался, чтобы ответили.

Я все же решилась и взяла трубку.

– Где ты шляешься, что подойти не можешь? – Сразу с порога возмутился Глеб – Там уборщица пришла?

– Да…

– Скажи ей, чтобы почистила диван в гостиной, мы его вчера пивом залили.