Мне больно, Олег!

Ух!

Я вроде уже давно не девственница, но его беззастенчивый интерес роняет меня в глубины стыда, аж щеки пылают.

Прикусываю губу и чуть-чуть тяну подол вверх. Ни нашим, ни вашим. Вроде и подчинилась, а вроде и все прилично.

Но после очередного быстрого взгляда, Олег вдруг протягивает руку и кладет мне на бедро. Высоко, почти у самых трусиков, и его пальцы стискивают мою кожу до легкой боли.

– Куда мы едем? – зачем-то решаю я спросить.

– Никуда, – отзывается Олег, вдруг резко сворачивая куда-то. Машина переваливается через пару препятствий, но очень мягко, мне даже хочется повторить, и останавливается.

Олег поворачивается ко мне, отстегивает ремень безопасности и спрашивает:

– Я тебе нравлюсь, Ксюша?

– Да…

А что еще я могу ответить?

Его ладонь ползет выше, властно ложится на мою промежность поверх кружевных трусиков.

Ничего себе! Он меня даже не поцеловал, а уже полапал. Инстинктивно сжимаю бедра, и это получается как-то на редкость развратно, как будто я специально его заманила.

– Так давай хорошо проведем время, – говорит Олег, и в этот момент отодвигает кружевную полоску у меня между ног.

Ух, как-то все быстро! Я даже задуматься не успела, собираюсь ли я слушаться маму…

Меня пробивает на хи-хи. Других девочек мамы учат не давать поцелуя без любви, а моя требует трахнуться с владельцем дорогой тачки!

Я перевожу взгляд на него, впервые замечая, что он уже в другой футболке. Где-то успел переодеться. А вот джинсы те же самые, или мне кажется? В темноте не рассмотреть…

Пока я соображаю, его ловкие пальцы уже раздвигают у меня между ног складочки и начинают поглаживать там, где приятнее всего.

Но когда два пальца ныряют ниже, я понимаю, что он просто проверяет, стала ли я мокрой.

– Задери ногу, – командует Олег. – Поставь на торпеду.

Он все еще даже не пытается меня поцеловать. Зато у меня внутри его пальцы. Голова кружится от такого стремительного развития событий.

Мне хочется выгнуться, но я послушно задираю правую ногу и упираюсь в деревянную панель. Мои дешевые балетки смотрятся жалко во всей этой роскоши. Как было бы хорошо, будь на мне шпильки и шелковое платье! Успей я сообразить хоть немного, я бы…

Соблазнила его, что ли? Поиграла со своей грудью. Сделала бы что-нибудь из того, чему меня учили на курсах настоящей женщины. Говорят, на них ходят самые дорогие эскортницы.