Чабор

Ищи их потом!

Бардак, расплываясь в кровожадной улыбке, стиснул Волшебный жезл.

– Это уж не ваши заботы. С ними я разберусь сам! Пока их небесный ставленник может пользоваться Мечом только для того, чтобы осветить угол, в который он забьется от страха…

В толпе довольно загоготали. Теперь уже никто не сомневался в том, что победа сама свалится в руки царя Темнолеса и его верных слуг.

– Вперед! – вскричал их Повелитель, указывая в сторону Белой горы. – Бей, пока двое! Бей, пока трое! Бей, пока твоим не станет чужое! Наведите шороху – и в кусты.

Через день снова. Так, глядишь, вскоре и все у них отберем! Идите же! – и, провожая величественным взглядом свое войско, тихо в сторону шепнул:

– Вурдал, Мор и Шельма, останьтесь.

И Бардак с тремя особо доверенными слугами отправился в замок. Войдя в зал, он бросил на трон свою длинную бобровую шубу и уселся. Выждав, когда Шайка захлопнет ворота, гулко ударил клюкой в пол и сказал:

– Что ж, мои разлюбезные, пришло время и с вами потолковать, – Царь хитро прищурился.

 – Силой, данной мне свыше, – начал он, – я сниму заклятие со звезды Инглии возле старого Капища! И да прольется на нее праведная кровь!

Давайте же сейчас все обстоятельно обсудим: кто и что будет делать. Мы все должны очень постараться для того, чтобы наш герой Вурдал, – царь подмигнул гнусному отродью, – стал еще большим… героем и, главное – чтоб ему никто в этом не помешал!

Клубок 9

Сани, запряженные волками, влетели во двор.

Чабор на ходу спрыгнул с них и, не удержавшись на ногах, упал. Вскочив в спешке, он наскоро отряхнулся от снега и взбежал на порог Вежи Атара. Тяжелая обмерзшая дверь открылась неохотно. Дед сидел у очага и что-то читал.

– О! Чабор, – обрадовался он, с трудом поднимаясь навстречу, – я все знаю. Мой мальчик, это Великое оружие! Вот, я нашел тексты, в которых сказано, что ваш Бог…

– Дедушка, – выдохнул запыхавшийся Чабор, – там волки! Они запряжены в сани.

Помоги, мне их нужно сейчас же отпустить.

Парс удивленно поднял брови, но сразу же поднялся.

Они вышли во двор, где безчинствовал вырвавшийся на простор Вайю. Снег был и на земле, и в воздухе, причем, как казалось, и там, и там он присутствовал в равном количестве. Вся эта снежно-ледяная масса металась в лапах безумного ветра, превращая вечер в сущий ад.