Верю Огню

Нет, Наташа, конечно же, по-прежнему любила танцевать, но вот так сидеть и слушать, отныне это ей нравилось не меньше.

Как-то вдруг начало светать. Короткая и чудесная ночь промчалась безвозвратно. Снова микроавтобусы, дорога, метро. Дом, душ, спальня, сон. Пробуждение, после которого «вчера» станет казаться лишь частью сновидений…

Глава 5

Алексей Волков проснулся в однокомнатной квартире своего брата. Измученное вчерашним «голливудом» тело, покоилось на цивильной кровати лицом вниз и занимало всю ее необъятную площадь.

В квартире стоял стойкий аромат еды, кто-то тихо возился на кухне. Подобный сервис был не предусмотрен во владениях Андрея и его родной брат, только что вынырнувший из мутных картинок похмельных сновидений, сразу же отметил в границах их нынешнего общего жилья присутствие постороннего человека. То, что его ноги лежали на подушках, не удивляло, это издержки вчерашнего, но готовящийся завтрак …или обед! Это уже относилось к вещам, которые выходили за рамки обыкновенного утра в доме № 37 по улице Одоевского, где пару лет назад, Андрей приобрел себе недорогую однокомнатную квартиру.

Одежда Волкова старшего была аккуратно сложена на кресле, и это тоже был факт, говорящий о многом. Впрочем, как и сам Алексей Волков, спящий в костюме Адама поверх легкого импортного одеяла. Дикость какая-то.

Что касалось отсутствия Андрея, здесь все было более-менее ясно.

«Завис» у журналистки, поэтому вчера так и не объявился, но вот остальное? Кто ж этот таинственный «Джонсон и Джонсон», заботящийся о здоровье Алексея на маломерной кухне брата? «В любом случае, – здраво рассудил Волков старший, – ничего плохого от такого человека ждать не следует, ведь он так тонко понимает мои запросы…»

Алексей приподнял голову. Евроремонт квартиры брата сверкал привычным великолепием и вкусом, в котором Андрею не откажешь, благо деньги на это у него были.

Алексей вдруг ощутил жгучее желание подняться. Опершись на руку, он лениво сменил позу и тут же, моментально сгруппировавшись, соорудил из своих ладоней подобие фигового листка. В проеме двери стояла…, просто какая-то фотомодель.

Все в ней от черного, строгого, делового костюма, дерзкой самоуверенности во взгляде, до стильных, дорогих, импортных туфель сияло блеском благородной строгости и безупречностью вкуса.