Обмелевшие реки

Все видели, как они накануне долго-долго о чем-то беседовали у костра, а затем старуха ушла спать и больше не проснулась. По укоризненным вздохам женщин охотник понял, что считают – кабы не пришел, может Вущта еще и жива была.

Стало неприятно и горько. Невольно подумалось – может и правда, не расшевели он воспоминания старушки, не померла бы. Переволновалось должно сильно.

Тут к нему подошли его давнишние приятели Шеркага и Касэм-Вай. Присели рядышком на бревнышко и степенно набили трубочки. Молча попыхивали ими минут десять.

– Померла, значит. – вздохнул наконец Шеркага, – Время, однако, пришло. Вот и померла.

Касэм-Вай сочувственно кивнул. Снова помолчали. Туземцы искоса посматривали на друга – не одержим ли он теперь часом переданными ему Вущтой духами-покровителями? Да нет. Вроде ничего необычного. Никита не вытерпел затянувшегося молчания и изучающих взглядов друзей, от которых у него по спине побежали мурашки, словно действительно в чем-то виноват.

– А Томкага-то где? Здоров ли?

– Так ушел с отцом твоим Томкага.

 – удивился его неосведомленности Шеркага.

– Как так? Мне никто не сказал ничего.

– Да так. Решил тоже Счастливую Страну искать, – туземец наморщил нос, – Совсем здоров стал. Только спина, говорит, к дождю ноет. А так здоров.

– Наверное люди решили, что отец его сманил? – догадался охотник. – Упрекали, поди?

– Да по-разному говорят. – уклончиво вздохнул Касэм-Вай, – Только Томкага то давно это задумал. Как вернулись мы из Зеленых Гор, куда с тобой ходили, так он покой и потерял.

Говорил, надоело мне с вами. Совсем, совсем уйти хочу. Вот и пошел с твоим отцом. Говорил, может обратно и не вернусь вовсе. Как твой отец пришел, так Томкага раздал всё, что имел, и ушел с ним. Твой отец его отговаривал. Шибко отговаривал. Но тот ни в какую. Пойду с тобой и всё.

– Я, наверное, пойду. – посидев еще немного, сказал Никита, – Совсем пойду. Не до меня теперь людям.

– Нельзя! – испуганно воскликнул Касэм-Вай, – Никак нельзя!

– Почему так?

– Потому что, – подхватил Шеркага, – как умрет кто в стойбище, пока не схоронят его, никому из стойбища никак уходить нельзя.

– Да почему?

– Как не понимаешь? – который раз удивился Касэм-Вай наивности друга, – Совсем рядом духи ходят, посланные Кулем, верховным духом страны мертвых. Они ходят круг поселка. Туда ходят, сюда ходят. Ждут.

– Чего ждут то?

– Ждут, как умерший сам выйдет. Душа его с ними в подземный мир пойдет.