Компот из сладкой лжи

 – Просто вы такая… – Споткнувшись о Надин взгляд, он схватил чашку и пробормотал: – Я подумал, вы специально.

– Что специально?

– Ходили вот так перед ними.

Надя хотела было сказать что-нибудь язвительное на этот счет, но потом передумала. Отпив глоток кофе, тихо спросила:

– Денис, я ведь могу быть с вами откровенной?

– Разумеется, Надежда Николаевна, – так же шепотом сказал он.

– Мне нужны все известные факты с места преступления. И неизвестные тоже… Я давно знаю Павла Ржевского. Я доверяла ему… – на последней фразе она печально вздохнула и наморщила нос.

– Конечно, я постараюсь. – Кораблев посмотрел на часы. – Вы простите, но мне пора, а как только появится время, я… – он поднял на нее глаза и ошарашенно заморгал рыжеватыми ресницами. – Надежда Николаевна, что с вами?

По Надиным щекам уже текли крупные слезы.

– Ничего, я справлюсь! – надломленным голосом произнесла она. – Все это так ужасно, так больно! Просто не могу поверить! Какой позор…

– Э… – Кораблев потянулся за салфеткой, но задел чашку.

 – Так ведь… Ну как же… Я же… – Остатки кофе пролились на столешницу, и капитану пришлось в срочном порядке промокать коричневое пятно.

– Идите, товарищ Кораблев, – сквозь всхлипы процедила Надя. – Буду ждать вашего звонка.

Кораблев, покрутившись на месте, вытащил портмоне, но Надя так посмотрела на него, что он тут же запихал его обратно и быстро зашагал на выход, все время оглядываясь в ее сторону.

Надя высморкалась и уставилась в чашку с недопитым кофе.

Понять, о чем говорили за дальним столиком Тураев и Половиков, она не могла, но продолжала напряженно прислушиваться, пока над ее головой не раздался приторно слащавый голос адвоката, а на стол не лег накрахмаленный и надушенный мужской носовой платок.

– Ах, Наденька, какое разочарование! Сочувствую вам. Такие планы! Вы же, кажется, собирались замуж?

Она распрямилась и закусила нижнюю губу.

Наглые голубые глаза Половикова плотоядно оглаживали ее вздымающуюся грудь и уголок белеющей кожи в вырезе пиджачка.

Адвокат ухватился за спинку ее кресла и склонился еще ниже:

– М-да, вам бы следовало повнимательнее выбирать кандидатов на свою руку и сердце, Надюша. А то ведь как получается? Карьера-то ваша теперь может схлопнуться как мыльный пузырь. Убийство, Наденька, это вам не алименты отжимать. А общаясь, так сказать, с преступником, репутацию можно потерять очень быстро.

Надя сжала зубы и откинулась на спинку стула.