Лекарь-возлюбленный 1

Потому решили возложить эту почетную обязанность на меня. – Судя по кислому выражению лица, он совсем этому не обрадовался.

Он открыл дверь, впуская в купальню прохладный воздух, но я снова его остановил:

– Как вас звать?

– Рэйден. – Он выгнул брови. – После купания вас ждут в Павильоне Семи Колодцев. На ужин. – Он отвернулся, демонстрируя аристократично прямую спину, и вышел.

Я осознал, что пялюсь в дверь, только когда начал покрываться гусиной кожей. Перед глазами стояла узкая спина, обтянутая выцветшей тканью, и растрепанный вихрь волос на затылке, будто кто-то запускал пальцы в его пряди.

В воздухе до сих пор стоял отчетливый аромат сладости. Сластолюбец. Сейчас он тоже отправился к женщине?

Впрочем, меня это не должно волновать. Лишь бы он помог вылечить Дайске.

***

Мне снились длинные изящные пальцы, зарывающиеся в мои волосы. Белоснежные ладони мучительно медленно скользили по коже, обжигая белым пламенем. После каждого прикосновения оставалась алая полоса ожога. Я чувствовал себя заклейменным.

От этих незамысловатых ласк хотелось сорвать с себя одежду. Обхватить тонкие запястья и водить чужими ладонями по всему телу. По груди, животу, бедрам.

Я не видел ни лица, ни тела своей искушающей возлюбленной. Она вся была окружена молочно-белым туманом. Лишь отчетливо выделялись линии ключиц на алебастровой коже. Я хотел коснуться их губами, а потом обвести языком.

– Господин! Господин Ван!

Из забытья меня вырвал встревоженный голос Ясуо.

Я с трудом открыл глаза и тут же встретился с его испуганным взглядом:

– Вам снился кошмар? О нападении черных монахов? Вы стонали…

Проклятье!.

. Я заставил себя сесть, надеясь, что в сизом сумраке не будет заметно, как кровь прилила к лицу. Нет, мне снился вовсе не кошмар. Мне снился самый прекрасный и одновременно мучительный сон за всю жизнь.

– Вы так и не поели… – Ясуо покачал головой.

В памяти всплыли все события вчерашнего дня.

Кажется, я уснул на полу, возле низкой грубой кровати на которой лежал Дайске.

Я дернулся к нему. Он был все таким же бледным и осунувшимся. Грудь не двигалась…

– Он дышит? – Я поднес ладонь к его губам, ощущая слабую ниточку воздуха.

– Дышит, конечно. Господин лекарь не оставил бы его так, если б не дышал.

Лекарь… Вчера я его больше не видел. Он исчез, словно никогда и не существовал. Ясуо приходил звать меня на ужин, но я не пошел, оставшись сторожить Дайске. Потом крестьянин принес мне еды, но аппетита не было.