Наследник для оборотня

Марина всхлипнула:

– Зачем вам все это? Отпустите меня… Я никому ничего не скажу…

Послушался шорох ткани. Звякнула пряжка ремня, и Марина начала отчаянно вырываться.

Касаясь ее уха губами, он отрывисто прохрипел:

– Не вздумай трогать телефон… – Его язык скользнул по уху, смачивая слюной проколы и сережки. Марина задрожала от целой гаммы невероятных ощущений. Страх, непонимание, жар, охвативший все тело. Ей-то и обычные прикосновения были неприятны, а он… Он беззастенчиво лизал ее ухо, и от этого соски набухали еще сильнее, едва не лопаясь от напряжения и боли.

Марина не сразу поняла смысла эти схлов… Что значит, теперь она его? Бред какой-то!

Она снова дернулась, пытаясь его оттолкнуть и вырваться из плена между столом и горячим телом, но он сильнее сжал ее волосы и отвесил такой болезненный шлепок по ягодице, что Марина вскрикнула.

– Путите меня! Я буду кричать!

Другой рукой он стиснул ее горло, прижимая голову к своему мощному плечу.

– Не советую этого делать. Тебя никто не услышит… А меня это только разозлит…

Во рту тут же пересохло. Как ей поступить?! Как теперь спастись? Она сглотнула, собираясь все-таки закричать, но тут же забыла, что хотела сделать – его ладонь ласково погладила ее горло.

Задевая губами мочку уха, он протянул:

– Как красиво ты глотаешь… В следующий раз будешь глотать мою сперму.

Марина дрожала, как бабочка, пришпиленная иглой к его твердой груди. Спина горела от нереального жара его кожи.

– Вы больной! Псих!

Он мягко рассмеялся, убрал руку и взялся за резинку ее колготок. Почувствовав долгожданную свободу, Марина предприняла еще одну попытку вырваться на свободу, но он реагировал молниеносно. Схватил ее за локти и нажал ладонью между лопаток.

– Не дергайся, если не хочешь, чтобы я порвал твое красиво белье.

Он стащил с нее колготки, оставив их на бедрах. Теперь и они сковывали движения.

– М-м-м… Какая ты красивая… – Его ладонь грубо сжала ягодицу и начала ее мять. – Я оплачу самое развратное белье, которое ты выберешь… Будешь меня радовать…

Марина задохнулась от боли, когда он снова отвесил два болезненных шлепка, от которых попка загорелась жаром.

– Вы – извращеннец! Отпустите меня! – Собственный голос звучал слабо и хрипло. Она уже едва собирала слова в предложения от испытываемого шока.

Он снова шлепнул.